Сводный брат бесит

— Я звонил тебе кучу раз, какого хрена ты не брала трубку?

— Ааа, так это был ты, — издаю нервный смешок. — Я не отвечаю на звонки с незнакомых номеров. Мало ли, вдруг это телефонные мошенники? Я им отвечу, они меня напугают, заболтают, деньги с карточки украдут… — снова нервно смеюсь, пока Данил багровеет на моих глазах. — Пока ты в Швейцарии жил, в России столько телефонных мошенников развелось…

— Я, по-твоему, похож на дурака? — резко обрывает меня на полуслове.

Замолкаю. Смотрю на него испуганно и не знаю, куда себя деть.

— Я была с одноклассниками, — пищу, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.

Хоть бы он мне поверил. Пожалуйста-пожалуйста, поверь мне, Даня!

— Ты долго еще мне нервы трепать будешь?

Он почти навалился на меня всем весом. Я даже чувствую жар его тела. Злые глаза испепеляют меня, мне хочется спрятаться, забиться в угол. Я вижу, как Данил пытается подавить в себе ярость, не дать ей вырваться наружу. Но все-таки сильный удар его кулака впечатывается в дверь рядом с моей головой, отчего я вздрагиваю и испуганно зажмуриваю глаза.

Данил резко отходит от меня на несколько шагов и опускается ладонями на письменный стол.

Спина парня вздымается в тяжелом дыхании, а я вдруг чувствую себя такой виноватой перед ним.

Всхлипываю. Стараюсь тихо, чтобы уж совсем не опозориться, хотя понимаю, что Данил все равно увидит мои слезы. Он поворачивает ко мне голову и наблюдает, как я размазываю по лицу косметику.

Ничего не говорит и не подходит ко мне. Тогда я сама делаю к нему пару шагов и останавливаюсь рядом.

— Извини, — тихо говорю.

— Дань, у меня правда нет твоего номера, а трубку не брала, потому что не слышала звонки, — и я ведь говорю сейчас чистую правду.

 — Когда достала из сумки телефон, чтобы вызвать такси, увидела много пропущенных с незнакомого номера. Я догадалась, что это ты, но перезванивать уже не стала, потому что и так ехала домой.

Он не отвечает. Я переминаюсь с ноги на ногу, параллельно вытирая с лица дорожки слез.

— Ты могла спросить мой номер у своей мамы, — наконец-то говорит.

— Ты хоть понимаешь, что я места себе не находил? — повышает голос. — Тебя нет дома, твоя мать понятия не имеет, где ты и с кем, Арина сообщения от меня даже не открывает, трубку ты не берешь… Я уже в полицию обращаться хотел!

Стою, виновато потупив голову.

Данил шумно выдыхает и прижимает меня к себе.

— Машка, до могилы меня доведешь, — стонет на ухо.

Черт, как же все сложно…

Данил поднимает на себя мое заплаканное лицо и вытирает пальцами слезы со щек.

— Ты хотел поговорить, — напоминаю.

— Да, но уже не сейчас. Сохрани мой номер телефона и давай договоримся, что больше такого не будет.

— А откуда у тебя мой номер? Мама дала?

— Твой номер за четыре года не изменился.