А значит, ничего не произойдет, по крайней мере до встречи с Королем. Ну а дальше посмотрим. Игра, Боб, только начинается.
— Ты молодец, Леший. Я бы так не смог. Молодец.
— Ладно тебе, закури лучше.
— Не хочу. На кордоне, слышал, Жуков человека оставил. Деда Матвея убрать.
— Очередная глупость.
— Решение, может быть, принято и правильное, с точки зрения бандитов, конечно, а глупо потому, что Матвей, узнав об опасности, ждать смерти не будет. Он хорошо вооружен, прекрасно ориентируется на местности, бывший разведчик, не смотри, что в годах. Так что уверен — банда Короля лишилась еще одного своего бойца.
Лешин в душе сильно сомневался, расписывая неуязвимость старого Матвея, но, помня о «прослушке», говорил это исключительно для Короля. В надежде, что тот прислушается и оставит деда в покое.
— Володя, мне пора. Один вопрос — сейчас я встречусь с Татьяной, могу я сказать, что ты примешь условия, тем самым дав ей надежду на скорое освобождение?
Вновь устами Бабичева говорил Жуков.
— Передай ей, что я сделаю все возможное, чтобы вытащить вас отсюда. Все. И приободрись, Боб, будь мужиком.
— Передай там Жукову или еще кому, пусть принесут воды и еды. Если, конечно, в их планы не входит уморить меня голодом.
Бабичев поднялся и медленно пошел к выходу.
— Сейчас день или ночь?
Боб немного помялся и вышел из подвала.
Как-то все примитивно, подумал Владимир, оставшись один. Сначала Жуков, теперь Боб. И все несерьезно, по-дилетантски. Какую цель преследует Король, устраивая подобный балаган? Трудно сказать. Психологическая обработка? Но это не обработка, это — фуфло. Черт с ними, пусть делают, что хотят. Основное — это встреча с Королем. Тогда-то все и встанет на свои места.
В подвале включился свет, и вошел молодой парень.
Леший с удовольствием припал к бутылке. Утолив жажду, принялся за еду. Закончив своеобразный обед, почувствовал себя значительно лучше. Закурил. За подносом пришел тот же парень.
Леший скорее приказал, чем попросил:
— Принеси еще сигарет. И не «Яву», а что-нибудь покруче.
Парень достал из кармана брюк пачку «Кэмел», положил на табурет, взял поднос и удалился.










