Война за проливы. Призыв к походу

Сколько нашей самой лучшей крови вытекло туда, распространившись по просторам огромного континента? Это были достойнейшие сыны нашей нации, потому что иные не смогли бы покорить такие огромные пространства. Но никто из их потомков, за редким исключением, не хочет вернуться обратно к родным зеленым английским холмам. Теперь они для нас – американцы, канадцы, австралийцы и новозеландцы, а отнюдь не англичане или шотландцы…

И вот теперь, когда Британия обескровлена и источена, когда у нее едва хватает сил на поддержание былого могущества и удержания в подчинении покоренных народов, когда наши плечи трещат от навалившейся на них невероятной тяжести, нам грозит совершенно ненужная война, вызванная тщеславием и утратившими силу политическими установками моей матери.

Восточная война при относительно небольшом масштабе унесла более двадцати тысяч жизней лучших наших молодых людей, сожрала семьдесят миллионов полновесных фунтов, а полученные с нее политические дивиденды были, как бы это сказать, даже чуть меньше, чем никакими. Ибо – запомните, Джон, – ни тогда, ни сейчас Россия не угрожала британским интересам, и угрожать им в принципе не могла. Даже, напротив, цепь политических и экономических изменений, вызванных той войной, привела к тому, что британское могущество уменьшилось, а не возросло.

В любом случае следующая война, где бы она ни случилась, станет для нашего Соединенного королевства самоубийством. Ведь ее нельзя будет сравнить с войнами в Крыму и в Афганистане, или с войной за Капские колонии. Будут израсходованы миллионы фунтов, прольются реки английской крови; а в выигрыше, как всегда, окажутся те нации, что в войне не участвовали, или вступили в нее в последний момент, когда настало время делить добычу.

Джон, вы можете мне верить, а можете не верить, но когда следующая война закончится, у нас уже не будет сил удерживать нашу империю, над которой никогда не заходит солнце, и она начнет разваливаться как бы сама по себе – только потому, что у нас уже нет достаточного храбрых и преданных солдат, способных защитить то, что завещали нам предки…

А потом наши выродившиеся потомки начнут завозить из бывших колоний разных магометан и прочих цветных, ведь в Британии закончатся не только солдаты и военные моряки, но и рабочие на шахтах, заводах, верфях и в доках.

И появятся в старой доброй Англии такие места, куда не ступает нога белого британца и где не слышно английской речи. И в это же самое время наши заокеанские кузены будут только наращивать свою мощь – им-то ни с кем воевать не надо; и настанет тот день, когда они уже станут старшими партнерами, а мы, британцы, младшими. Пойми, Джон – не допустить такого исхода – самая важная наша задача, важнее ее ничего нет.