Чехов книга 6. Договор на крови

Каждый из участников конфликта подучил свою копию. Рахмат заметно расслабился и бросил на меня благодарный взгляд.

И тут в комнату вошла Семенова. На ней было элегантное платье, которое ей одолжила Виноградова. Одежда ей была немного великовата, но все же она смотрелась куда приятнее, чем ее вчерашнее облачение. И я должен был признать, что Любовь Федоровна неплохо разбиралась в одежде. Алене очень шел голубой цвет, который делал ее кожу еще светлее. Веснушки носу показались еще ярче. Арина Родионовна сумела скрыть синяк под глазом девушки умелым макияжем. Но этим секретарь и ограничилась.

Быть может, решила, что краска на лице будет лишней. А может быть так посчитала Алена.

Семенова держала руки за спиной, наверное, для того, чтобы никто не заметил ее напряжения. Но оно буквально витало в воздухе.

— Что ты тут делаешь? — вскочил с дивана Иван. — Мы с ног сбились, в поисках тебя. Думали, что ты, дура, решила с моста сброситься. Или еще какую блажь придумала. Чем там обычно бабы маются. Степан, отведи-ка ее в машину.

Он обернулся к сыну, который демонстрировал мне тату «Сынов». Парень кивнул и встал было с кресла.

— Сидеть, — громко потребовал я и все уставились на меня с удивленным видом. — Алена тут неслучайный человек. Она гостья в моем доме.

— То есть? — не понял старший Семенов. — Вы чо ли, барин, решили испортить девку? Эту? Стриженую курицу?

Девица покраснела и принялась поправлять волосы, которые совершенно не нуждались в том, чтобы их трогать. Тут я заметил, что на ее запястьях темнеют кровоподтеки. Вид хрупких рук, изувеченных такими варварскими отметками, разозлил.

— Закройте рот, Иван, и я изо всех сил попытаюсь сделать вид, что не услышал ваших предположений.

И надейтесь, чтобы я не решил, что вы намеренно оскорбляете аристократа на его территории, — прошипел я. — Иначе вы окропите кровью ковер в моей гостиной.

— О чем вы, господин? — проблеял внезапно побледневший мужчина.

— О том, что вы слишком много себе позволяете, любезный, — холодно процедил Рахмат, который тоже заметил синяки на руках девушки. При этом цирюльник оглядел Алену так, словно видел впервые. От его взгляда девица смутилась и попыталась натянуть рукава, чтобы спрятать темные пятна на коже.

— Видимо, вы привыкли полагаться на физическую силу, — холодно произнес я. — Считаете, что законов на вас нет.

— Если вы про воспитание моей дочери, то это дело семейное, — зло возразил Семенов. — И не перед кем я не обязан отчитываться.

— Вы правы. В семейном уставе указано, что отец имеет право на воспитание отроков по своему усмотрению. Но если это не наносит вреда последним.

— Какой вред? — опешил Иван. — Я ее вырастил. Кормил, одевал. И даже позволял книжки листать.