Чехов книга 6. Договор на крови

 — Завтра — послезавтра Иванов примет титул и станет князей Шуйским. Да, ему не позволят занять должность равную статусу его отца. К сожалению, в нашем обществе происхождение значит много. А парень — бастард, хоть и признанный князем. Но все же он станет важной фигурой.

— Но в газетах пишут, что все может обернуться иначе, — напомнила мне Арина Родионовна. — И Шуйские готовы представить свету другого наследника.

— Все будет так, как завещал покойный князь, — я покачал головой. — И происки вдовы грозят только ей самой. Не хотелось бы думать о плохом. Но она напрасно настраивает против себя единственного сына, которого ее супруг официально признал.

Не ровен час, после подобных выходок она может уехать в долгое паломничество, а то и принять постриг.

— Думаете, что Иванов способен так поступить с женой своего покойного батюшки?

— Если все зайдет слишком далеко, то ему придется пресечь слухи о своей несостоятельности как наследника. Думаю, вдовствующая княгиня может столкнуться с другой стороной жизни.

— И как это отразится на самом Дмитрии? Вы знаете его не так давно. Он хороший человек?

— Он не подлец.

И способен помнить добро. Этого уже много, поверьте, — я вздохнул и принялся складывать карточки посетителей в стопку. — Мне показалось в первый день нашего знакомства, что он может пойти по головам, если придется. Как знать, вдруг я прав. К тому же к Евсееву он отнесся скверно.

— Многие аристократы обращаются с простолюдинами именно так — словно они и не люди вовсе, — вздохнула девушка.

— Белова скоро обретет отчество. Ее отец получит титул. Он много лет идет к этому. Но станет ли Алиса от этого ровней наследнику князя Шуйского, я не знаю, — высказал я наконец свое сомнение.

 — И я боюсь, что молодой князь решит, что достоин кого-то более родовитого.

— Будет жаль, если он упустит свой шанс.

— Шанс? — удивленно уточнил я.

— Стать счастливым, — легко пояснила Нечаева. — Если он откажется от той, кого выбрало его сердце, то станет несчастным. А такие люди опасны тем, что делают несчастными всех вокруг. Каждый делится тем, чем наполнен.

— Думаете, сердце жандарма выбрало Белову? — с легкой улыбкой осведомился я.

— Вы не видели, как он поддерживал ее под локоть, когда они шли от машины. Как смотрел…- секретарь смутилась и забрала у меня стопку бумаг, чтобы убрать в стол. — Хотя, быть может, мне все это показалось.

— Было бы хорошо, если не показалось, — я нахмурился, вспомнив смех Алисы и то, как она подливала чай гостю во время того, как я делился последней сказкой. — Если Дмитрий обидит Белову, то будь он императорским наследником — я ему голову оторву.

— Только не в моем доме, — сухо велела Виноградова.