4
0— Какое испытание?
Девочка обернулась на сестер, те молча покачали головами. Марьяша вздохнула.
— Я не могу рассказать. Это тайна, — она прижала ручки к груди. — Но поверьте, мы не обманываем. Нам очень-очень нужен папа.
— Ну это уж слишком, — возмущенно протянула Влада. — Что за избалованные дети?
— Нормальные дети, — поморщился Артем, — помолчи.
Он снова повернулся к девочкам. В груди разливалось незнакомое горячее чувство.
Никто и никогда в его жизни, не считая родителей, не был готов отдать за него самое дорогое. Плохие девочки привезли на обмен все свои сокровища, и Артем не собирался оставлять это без внимания.
— Давайте договоримся так, — он взмахнул рукой, — вы это все забираете обратно. Дети не должны оставаться без игрушек. А я обещаю, что мы этот вопрос обсудим с вашей мамой. Идет?
Три облачка волос радостно запрыгали. Это так усердно закивали Плохие девочки.
— Что ты такое говоришь, дорогой? — продолжила возмущаться Влада, но Асадов дал знак ей замолчать.
— Я обещаю, — повторил он с нажимом и был вознагражден тремя благодарными взглядами.
— Милаша, Марьяша, Маргоша! — послышался в коридоре пронзительный голос.
— Это наша бабушка, — наклонившись к самому уху Асадова, прошептала Миланка.
— А где она была? — так же шепотом спросил он.
Пришлось замаскировать смех под приступ кашля. Ни к чему обижать пожилую леди, у которой целых три внучки сбежали из-под самого носа.
Артем поднялся с колен и отряхнул джинсы.
— Давайте складывать игрушки обратно, — сказал он и сунул интерактивного динозаврика в мешок.
Артем помог не только сложить игрушки, а еще и спустить мешки лифтом в холл. Там у него мешки отобрали и настойчиво попытались спровадить обратно в номер.
Пожилая женщина не переставала обмахиваться ладонью, и Артем всерьез начал переживать, чтобы ей не стало плохо. Вспомнил, что как раз на самом верху в мешке лежит игрушечный веер из перьев. Он лично его туда положил.
Достал и вручил Елизавете Алексеевне прямо перед дверцей машины.
Та взглянула с благодарностью и принялась обмахиваться перьями.
— Простите меня, господин Асадов, это я виновата.
Артем не стал выдавать Миланку, а с понимающим видом кивнул.
— Все в порядке, мадам Плохая, не беспокойтесь.
— Но ваша жена, что она подумает?
— Об этом тоже не беспокойтесь. Владе очень понравились девочки. Она слова против не скажет.
«Пусть только попробует…»
Елизавета Алексеевна еще раз махнула веером и неожиданно сообщила:
— Только я не Плохая. Это они Плохие, — кивнула она на насупленных, притихших малышек, — и внучка моя тоже.
