1
0Начать с того, что собака была цербером в самом дурном возрасте – уже не щенок, но ещё не взрослый пёс, а оттого особенно опасной. Адские псы были редкостью даже на своей родине. Как Хагрид умудрился достать цербера в Англии, да ещё на жалованье школьного сторожа, Невилл старался не думать.
Про дракона Поттер, кстати, ещё не знал. Последние два визита к Хагриду он пропустил, сидел в библиотеке с Малфоем. Уизли чуть не лопнул от злости, наблюдая, как два слизеринца шёпотом орут друг на друга, крутят пальцами у виска, стучат согнутыми пальцами по лбу и по очереди пишут в каком-то разграфлённом свитке, поминутно сверяясь с толстенными фолиантами по зельеварению.
– Ох, чую, научит Хорёк нашего Поттера тёмной магии, – цедил Уизли, с ненавистью разглядывая белобрысого задаваку Малфоя. – А тот, дурень, и рад стараться. Нет бы, к Хагриду пойти, о родителях узнать, яйцо дракона заценить или газету почитать. Да хоть на собаку посмотреть, опять же!
Невилл тогда ничего не сказал. Он во все глаза смотрел на то, как Поттер запросто общается с Малфоем, будто тот был обычным мальчишкой, а не единственным сыном самого коварного из клейменых лордов и родным племянником сумасшедшей Беллатрикс Лестрейндж.
– Рон, – строго сказала Гермиона. – Мальчики занимаются домашним заданием, советую и тебе приступить к самоподготовке.
– Зачем? – пренебрежительно фыркнул Уизли. – Меня братья учат, чему надо. Можно подумать, что писанина заменит силу. Метлу научись призывать, а потом умничай. Самая ведьма тут сыскалась.
Гермиона сильно покраснела и уткнулась в книгу. Невилл мысленно ей посочувствовал, но вслух говорить ничего не стал, из-за маглорождённой ссориться с Уизли и его братьями не хотелось. Шумная, склочная, но опасная семейка – бабушка неоднократно предостерегала Невилла насчёт рыжего клана Предателей крови.
– Выглядят они, конечно, как садовые гномы, и живут так же, но недооценивать их не стоит, – говорила леди Августа. – Чтобы не случилось, а Уизли своё урвут. Крысы, внук, самые опасные твари на земле.
Бабушка вообще очень много разговаривала с Невиллом этим летом, чему мальчик не мог нарадоваться. Обычно леди Августа была холодновата в общении даже с самыми близкими людьми, к тому же Невилл частенько расстраивал её своей рассеянностью и мягким характером.
– Вылитый дед, мой покойный муж, покойся он в мире, – бурчала бабушка, – такой же рохля. За что мне это, Мерлин всеблагой?
В детстве Невилл не понимал, чем плохо быть похожим на дедушку, и старался лишний раз не попадаться бабке на глаза. Он забивался в самый дальний угол старого запущенного сада и тихо плакал, жалуясь покойному деду на холодность бабушки, на неизлечимую болезнь родителей, на противного дядю Элджи и на своё вечное одиночество.
