3
0Как ты вообще додумался меня сюда притащить?
— Гипервеган? — удивился я, выпав на мгновение из своей роли кошмарного ухажера, так как меня охватило жгучее любопытство.
Эмили подняла глаза, в которых явно читалось, что она пытается по-быстрому слепить гремучую смесь какого-то дерьма.
— Я питаюсь исключительно мясом, выращенным в лабораториях, и овощами, что росли при свободном выгуле. Кабачки нуждаются в свободе не меньше животных. А когда их окружают заборами, то разве это жизнь? И как я могу поддерживать такое?
— Присоединяйся к моим гуманистическим принципам. Откажись есть любые овощи и фрукты, напоминающие фаллос. Ну, чисто из-за подтекста.
— Весьма обоснованная точка зрения.
— Кстати, ты ведь на ходу придумала этот гипервеганский закидон, верно?
Скрестив на груди руки, Эмили смерила меня чопорным — очень близким к убийственному — взглядом.
— И зачем же мне понадобилось выдумывать такое?
— Подожди, ты это серьезно? Но ведь китайская еда, которую мы вчера… — я порывисто выдохнул, когда она сжала губы, пытаясь подавить улыбку, и у нее ничего не вышло. — Ты напугала меня, пусть даже на минутку. Но наше притворное никудышное свидание едва не переросло в по-настоящему дерьмовое."
"— Погоди, если мы всего лишь притворяемся, что наше свидание входит в серию «хуже не бывает», то не означает ли это, что на самом деле оно настоящее?
Я прижал пальцы к вискам.
— Вот почему эта идея не понравилась мне с самого начала. Похоже, ты уже собираешься меня послать.
— Я просто пытаюсь тебе сказать, что у меня сейчас, кроме шуток, совсем неподходящее время для отношений с парнем. Не принимай на свой счет, ничего личного. Не хотелось бы давать тебе ложную надежду.
«Слишком поздно»…
— Знаешь, я тоже сейчас не намерен вступать в отношения с парнем, — я сделал глоток пива, а когда снова взглянул на Эмили, она мило мне улыбнулась.
— Я говорю серьезно, Райан.
— Я тоже. Я никого не осуждаю, но это точно не для меня.
Бросив взгляд на входную дверь, Эмили нахмурилась.
* * *
Двое мужчин в лыжных масках решительно двигались к передней стойке, пряча руки в карманах курток. Один из них, шагнув вперед, ткнул пальцем в стоявшую рядом с кассой девушку.
— Опустоши ее, — холодно приказал он.
Время замерло на месте.
Мое сердце так бешено заколотилось, что его стук звоном отдавался в ушах. Дыхание стало прерывистым, а ногти с силой впились в ладони.
