2
0Нет ни одного человека на Земле, который, имея счастливую семью, не сталкивался прежде с разочарованиями. Но это не помешало им найти ту самую. Именно в этом и заключается успех. Один промах, второй… а ты все равно не опускай руки.
— Я бы хотел сказать, что твои слова не имеют смысла, но не могу.
— Так ты сделаешь это? — просияла она.
— Только ради того, чтобы ты от меня отстала. Никто не знает, ответит ли Эмили взаимностью. Так что не стоит слишком надеяться.
— Ух ты, так просто, — восхитилась она и приблизила ко мне свое лицо. Ее глаза расширились, словно я был какой-то неведомой зверушкой. — Разве ты не должен, собираясь пригласить ее на свидание, нервничать от неизвестности? А если она тебе откажет?
Я усмехнулся.
— Сначала ты принуждала меня это сделать, а теперь пытаешься убедить, что я должен бояться отказа?
— Нет-нет. Не бояться. Здесь тебе не о чем беспокоиться. Я имею в виду, еще раз оцени ситуацию. Просто мне показалось, что тебе будет неловко, если она скажет «нет», ведь вы вроде как вместе работаете. На этом все.
Взглянув на салфетку с перечнем покупок, я увидел, что Эмили приписала сверху номер телефона. А ведь я не просил ее об этом. Может, это какой-то намек? Она хочет, чтобы я ей позвонил?
Наверное, я действительно, как упомянула Стефани, должен был сейчас нервничать. Но, узнав, что могу позвонить Эмили, с уверенностью обозначил чувство, что пульсировало во мне, грозя поглотить, радостным предвкушением. Это предвкушение… и, возможно, чуток холодящего страха — как ожидание следующего разочарования в бесконечной череде рухнувших надежд — смешались воедино у меня в груди.
Глава 3
Эмили
Моя квартира по большей части напоминала склад барахольщика. С той лишь разницей, что жилье последнего предположительно должно иметь не менее девяноста квадратных метров. Мое же больше походило на то, как если бы кто-то по случаю урвал крошечный кусочек коридора, отгородил его кирпичной перегородкой, впихнул в образовавшуюся стенку грязное окно, а напротив воткнул дверь. Для лучшего представления скажу: ширина моей комнатушки была лишь на полметра больше моего почти единственного предмета интерьера — пружинного матраса.
Как ни странно, но мне понравилось жить в такой тесноте.
Во-первых, я точно знала, где что лежит. А во-вторых, быстро научилась разбираться в том, какие вещи действительно необходимы для размеренной жизни, а без чего можно было и обойтись. В общем, мое жилище напоминало норку хоббита. Мое спасение от городской суеты. Здесь я чувствовала себя очень уютно, несмотря на то, что у меня не было места для работы над моими художественными проектами, как мне того хотелось. Приходилось использовать любую имеющуюся под рукой возможность.
