Наследник 2

Вокруг раздавались крики и ругань, что били по нервам, заставляя быстрей колотиться сердце и бежать кровь в венах.

У меня в руках уже был новый пистоль, и я шарил взглядом в поисках новой цели. Среди леса мелькнул силуэт лучника, который вышел на опушку, чтобы удобней было стрелять.

Бух — стеганул выстрел, и моя рука дернулась от отдачи, а перед лицом все заволокло пороховым дымом. Шаг в сторону, и я увидел, как лучник, схватившись за дерево, пытается устоять, глядя на свой живот, на котором расползается кровавое пятно.

«Хоть сейчас в олимпийскую сборную по стрельбе», — довольно подумал я.

— Благодарствую, княже, — мигом рядом оказался Елисей. — Тяжко против двух-то, — усмехнулся он.

Я только кивнул и, спрятав пистоль за пояс, вытянул из ножен саблю.

— Андрей, ты чего удумал? — раздался сзади голос Олега.

— Биться, — рыкнул я.

— Охолони, родич, есть кому биться. Ты же поберегись. Да и броньки у тебя нет.

Мне же оставалось только скрипнуть зубами, так как Олег был прав, а вот эмоции во мне бурлили, и требовалось их выплеснуть.

Ведь бьются и умирают мои люди, а мне стоять в стороне.

— Ррры-ы, — вырвался из меня рык. Я даже упоминать не стал, как меня дед с Олегом и Елисеем отговорили надевать кольчужку. Я же ехал к себе в землю, так зачем же надевать броню будто на войну? Опасаюсь без брони появляться в своих землях? Неправильно бы это восприняли, ибо я князь Старицкий. Я Рюрикович.

Мне тогда даже анекдот вспомнился, почему генералы не бегают. В мирное время это вызывает смех, а в военное панику, примерно такая же аналогия.

— А вы чего застыли⁈ — Не полезу я с саблей. — Постреляю! — то ли рыкнул, то ли взвыл я.

— То добре, — кивнул Олег и тут же понесся к одной из схваток, а следом и Елисей.

Я же оглянулся, схватки происходили везде, и, судя по всему, наши одолевали противника. За счет слаженности и одоспешенности. Да и московские жильцы во главе с Агапкой давали прикурить врагам.

Отроков нигде не было видно, а это самое слабое звено. И не хотелось, чтобы они полезли геройствовать и их поубивали.

Присмотревшись к одной из телег, возле которой бился Карась, я увидел, что из-под телеги торчит десяток сабель. Видать, Карась их туда загнал, чтобы не мешались и не убились.

«Правильно, надо похвалить его и наградить, коли живы будем» — промелькнула у меня мысль.

Дабы не стоять пнем посредине дороги, я тут же, достав пистоль, начал его заряжать и поглядывать по сторонам.

Я успел три раза перезарядиться и выстрелить, как бой уже закончился.

Тут же появился дед, который придирчиво оглядел меня и с облегчением выдохнул.

У Прохора был немного помят шлем, сабля в крови, а на броне появилась пара царапин.

— Ух, вот и все, — довольно прогудел дед.

— Все, да не все, дедушка! Поспрошать их еще надобно, кто такие, — зло буркнул я.