5
0
— Хм, — хмыкнул Дмитрий и задумался, все остальные замерли, в том числе толпа, гомонившая до этого.
— Слово мое таково, бить кнутом Федотку пять раз, после пусть он содержит брата твоего и семью его, пока Андрейка не подымется с кровати. Ежели лекари нужны будут Андрейке, то Федотка оплатить их должен.
— Спасибо, царь-батюшка, — вновь упал на колени Петрушка.
Дмитрий махнул рукой, и Петрушку, подняв, увели в сторону. Подьячие же начали писать, сидя за столами, только перья и скрипели.
Климка вновь побежал к толпе, только в этот раз за стрельцов сумел прорваться мужчина в богатых одеждах, лет ему было под сорок.
— Царь-батюшка, вели слово молвить, — проорал мужчина. Дмитрий махнул рукой, дозволяя подойти.
Мужчина, подойдя к царю на расстояние пяти шагов, отвесил поясной поклон и заговорил:
— Князь я, Александр Васильевич Волконский, женился на дочери дьяка Афанськи Демьянова — Марии. В приданое получил двор в Москве, расположенный в Занеглименье. Также должен был получить ферязи, аргамака и разное иное имущество, эту часть приданого Демьяновы не отдали. Жизнь у нас не заладилась. Через полгода в пожаре сгорел двор. Кроме того, выяснилось, что тесть скрыл, что его дочь больна «черным недугом». Жил я с Марией, муча живот свой, шесть лет, но после смерти коварного Афанасия его дочь и моя жена, Мария, стала проситься в монастырь из-за своей болезни. Я решился просить патриарха разрешить постриг для своей жены. Но тут теща объявилась, Фекла. Он приехала, отговорила от этого и забрала свою дочь, мою жену, со всем приданым. Фекла обещала постричь несчастную Марию в монахини и вытребовала у меня: «Опашень багрец, пуговицы серебрены золочены; две шубки червлены, летник жолт камчат, во швы отлас золот, летник бель камчат; да летник дорогинен, да телогрею дороги зелены…» Кроме этого, теща прихватила ожерелье, низано пугвиц золоты с жемчюги, две золотные шапки, два ларчика, а в них маниста с кресты и перстни золотые со всякую мелкою рухлядью. Получив дочь и забрав вещи, Фекла уехала домой. Она пообещала, что отдаст ряд о свадьбе, но так и не вернула. Позднее рассказала мне, что ряд забрали, когда попал в опалу Афанаська Демьянов. Не знаю я, что делать, царь-батюшка, не бить же их смертным боем за дела эти. — И князь Волконский упал на колени перед царем.
Дмитрий же внимательно смотрел на князя и сжимал и разжимал кулак, видимо, задела его эта история.
Из толпы же летели редкие смешки, что князь не смог свою бабу укоротить, а теща обвела его вокруг пальца как неразумное дитятко.
— Значит так, Феклу сечь плетьми, а после постричь в монастырь, как и дочь ее Марию, за обман. Все же имущество их передать князю Волконскому. То моя царская воля! — громко и веско произнес Дмитрий.
