4
0
Оксана и Люсьена «спелись» в мае, когда Антоненко заметила, как Соболиха периодически сверлит меня взглядом на переменах каждый раз, когда я общаюсь с Марком. Тогда у Люси и созрел в голове план, как, наконец, можно мне отомстить, да еще и отвадить от образовательного лагеря. Люся уговорила Лидию Андреевну включить ее в список и горела желанием в лагере отличиться. Правда, боялась, что я снова, сама того не ведая, перетяну одеяло на себя… Что ж, запугать меня не удалось, и в летнюю школу я поехала. А Люся, действительно, «отличилась».
По плану Антоненко, темные дела она должна была провернуть так, чтобы подозрения падали только на Соболь.
Вдвоем они принялись разрабатывать план, как насолить мне. Люсьена больше выступала в роли кукловода, а Оксана устраивала пакости в виде записок и звонков. Даже в лагере уговорила Кузю подкинуть пауков в нашу палату.
В то время как Оксана увлеклась слежкой и запугиванием, Люся все больше занималась самокопанием. Она давно хотела устроить что-то шокирующее, чтобы, наконец, обратить на себя внимание матери. Но не решалась. Сцена у главного корпуса, когда Лидия Андреевна бросилась ко мне с объятиями, стала для Люсьены последней каплей. Уж больно долгое время Антоненко находилась в гнетущем состоянии наедине со своими черными печальными мыслями. Да еще и Оксана к ней постоянно цеплялась, напоминая о сорвавшейся «четверке».
Люся, поняв, что терять нечего, и тайное, рано или поздно, все равно станет явным, все-таки решила исполнить задуманное. Охваченная отчаяньем, страхом и безумием, Антоненко собралась и мне рассказать о своем страшном секрете для того, чтобы меня тоже потом помучила совесть. Будто во всем, что с ней происходило, и в самом деле была моя вина…
Об этом я узнала позже от ребят, уже будучи в районной больнице, которая находилась недалеко от нашего лагеря.
После случившегося в лагере началась проверка. По словам Никиты, Люся собиралась все-таки осуществить свой план и сигануть с крыши вслед за мной, но Яровой успел ее остановить.
