— Не догадался? Может, потом, если подружимся всерьез, познакомимся еще раз, по-настоящему. За мостом направо поворачивать, на Плющиху?
Отвезти домой куратор предложил сам. Удивился:
— Ты чего это в одном свитере?
— Я закаленный, — ответил Марат. Из камеры он взял только шарф и шапку, опоганенное пальто ногой запихнул подальше под лавку.
— Не, брат. К вечеру похолодало. Простудишься. Подкину тебя до твоего Пуговишникова переулка, мне по дороге.
Сели в бежевую «волгу». Марк попросил разрешения закурить, достал возвращенные сигареты и увидел, что в пачке осталась только одна.
Он дымил, помалкивал. На пустой желудок от табака мутило, но сидеть и совсем ничего не делать было бы еще хуже. Водитель же всё время говорил, иногда задавая вроде бы небрежные, а на самом деле, вероятно, следующие какой-то системе вопросы.
— Быстро я с тобой управился. Пожалуй, на второй тайм еще успею. Ты что больше любишь — хоккей или футбол?
— Футбол.
— Ставлю диагноз: имеешь склонность к неразделенной любви. — Сергей Сергеевич хохотнул. Настроение у него было очень хорошее. — С футболом у нашей страны перспективы хреновые, а вот по хоккею претендуем на мировое лидерство. Поэтому настоящий советский патриот предпочитает не кожаный мяч, а золотую шайбу. И не оперу, а балет. Почему балет? Правильно: «а также в области балета мы впереди планеты всей».
"Методичку отрабатывает, тоскливо подумал Марк. Потом какой-нибудь свой отчет составит, типа «психологический портрет агента».
— Я театр не очень. Больше кино.
— Я честно говоря тоже. Люблю чтоб с погружением, без «понарошку». Как с хорошей книгой.
После этого он и заговорил про коллегу, который может позвонить.
— Мой товарищ работает с литературной общественностью. Сфера идеологическая, надо держать руку на пульсе. Может тобой заинтересоваться, раз ты из такой семьи. В этом случае получится от тебя двойная польза, а стало быть тебе — двойной почет. Будешь у нас проходить как сверхценный кадр, а это, Максим, путевка в большущую жизнь.









