1
0Как печально…
— Зеленый, да ты просто бесполезная пивная бочка с крыльями! Бочка бездонная!
— Вы — рабы своих слабостей, а я — выше них, — гордо заявил самовлюбленный птиц.
— Ты бесполезен. Алкаш. Лучше бы ты был ловчим соколом — добывал нам дичь, а то, знаешь ли, с продовольствием негусто.
— Сын мой, не тешь чрево свое едой обильной — умерщвляй плоть голодом и всяческими лишениями, отчего грешные мысли тебя покинут.
— В наглом павлине опять святоша проснулся? На вино церковное потянуло?
— Было бы неплохо. — В голосе попугая проскользнули заинтересованные нотки.
— А правда, что ваша птица темных чует? — не выдержал Люк.
— Правда, — вынужденно признал я. — Но вино он чует гораздо лучше.
Гордо выпятив грудь, попугай с достоинством произнес:"
"— Я воистину велик! Эх, где бы теперь кабак найти повеселее! Якорь тебе в зад — к кабаку правь! Сэр уважаемый, я ведь почти засох!
Люк покачал головой:
— Иногда ваша птица мудро говорит — прям как человек: все правильно, и мысли гладко стелются. А иногда чепуху несет и глупости.
— Дураки и мудрость несовместимы, чему кое-кто пример зримый, — хмуро заметил попугай, несомненно имея в виду Люка.
Но тот не обиделся и с орнитологии переключился на насущные проблемы:
— Сэр страж, судя по следу, латники эти гнали быстро, своих лошадок не сильно жалея. Дорога почти везде под уклон идет — далеко могли уйти. Может, и нам поспешить, а то придется ночевать в этом сыром лесу — он, похоже, не собирается заканчиваться. Как стемнеет, комары заедят.
— Время уже далеко за полдень — нам все равно ночевать придется в лесу, даже если прямо сейчас их найдем.
— Вы думаете, они живы еще? — совсем тихо спросил Люк.
— Ничего я не думаю. Надо ходу прибавить — лошади у нас будто на прогулке шагают. Пока следы видны хорошо, будем спешить — лучше где-нибудь внизу привал устроим для отдыха, чем продолжим плестись так до вечера.
* * *До заката оставалось немного, когда мы добрались до стоянки разведчиков. Именно здесь они собирались переночевать, чтобы наутро вернуться.
Но не вернулись…
Покружили мы по их следам немало — латники не пропускали ни одного перекрестка, добросовестно осматривая все дороги. Как правило, надолго осмотр не затягивался — быстро находили очередную сожженную деревню, разрушенный замок, разоренный хутор, вырубку.
На берегу очередного ручейка, пересекавшего дорогу, латники спешились, стреножили лошадей, оставили их пастись на лужайке, нарубили сушняка, развели костер. Потом, наверное, приготовили ужин, потравили разговоры и разлеглись вокруг огня, оставив часового.
