3
0— И не рассказывай мне сказки! Штатный фотограф МЧС так же точно, как и другие спасатели, в самом эпицентре беды! Не для того мы с папой двенадцать лет культивировали в тебе чувство к прекрасному! Художка, институт культуры и искусств… Помогли тебе открыть фотостудию… зачем всё это было, если ты взяла и перечеркнула свои и наши труды?! Для чего? Чтобы однажды умереть на больничной кровати, как Коленька?
Яичница в один миг потеряла свой вкус. Бекон больше не пах аппетитно, а чай… чай стал тёмной бурдой.
Оценив моё молчание, мама заволновалась.
— Эмма… прости… я…
— Мам, мне тридцать лет. Как думаешь? Я имею право решать, чем мне заниматься?
— Я… прости, солнышко. Конечно. Конечно, ты имеешь право решать, какой сделать свою жизнь. Я просто волнуюсь за тебя. Ты поймёшь, когда сама станешь мамой.
Я крепко зажмурилась.
«Вот мы и перешли на вторую ступень претензий!» — покачав головой, мысленно извинилась перед родительницей.
— Мамочка. Я уже обулась… выхожу из квартиры. Давай, я тебе после работы позвоню, хорошо?
— Эмма, я…
— Мне надо бежать, мамуль. Поцелуй папу. Я люблю вас.
Скинув звонок, положила телефон возле тарелки, забралась с ногами на стул и крепко обняла колени.
Не знаю, в чём секрет, но эта поза всегда успокаивала меня. Что сказать? Васнецов знал толк в женской душе, нарисовав свою знаменитую Алёнушку на камне у воды!
Глава 1. Трагический конец — обычное начало сказки
Мне хватило пяти минут, чтобы быстро «зашить» душевную рану, где так грубо ковырнула мама.
Душ, строгий костюм, удобная обувь и аппаратура — через час я села в машину и оставила парковку родного дома за спиной.
На работе в это время обычно был тихий час. Нет, по-разному бывало, но такого гвалта, как сегодня, я за шесть лет стажа ни разу не видела.
— Что случилось? — попыталась спросить у пробегающего Павлика.
Молодой мужчина лишь махнул рукой.
Тут передо мной вырос начальник.
— Русланова! Очень вовремя! Быстро поднимайся на крышу, — торопливо затараторил Иван Петрович, подталкивая меня к лифтам. — Вертолёт уже ждёт. В районе Бескудниково «съехала» почти вся левая сторона многоэтажки. На третьем этаже что-то взорвалось. Газ или бомба — пока непонятно. Вся новостройка фактически завалилась набок. Руки бы пообрывать…
Спрашивать хоть что-то ещё — это тянуть время, а оно для каждого сотрудника МЧС слишком дорого. Бесценно. Поэтому я схватила за ручку свой чемоданчик, где находилась вся моя фототехника, и побежала в указанную сторону.
Через десять минут мы уже были на месте. Вертолёт сел на площадку соседнего с разрушенным здания.
Новомодный район… бегущие отовсюду люди, плач, крики — это было ужасно.
