Мой ненастоящий

Боже, как искусительно-то… Искромсать это платье в клочья, чтобы лоскутки во все стороны летели!

Нет, нет, этак я не только без характеристики уйду, но еще и без расчета, вычтенным за «нанесение убытков». Я ведь помню, сколько оно стоит…"

"Боже, что за ситуация. Как я в неё вляпалась?

М-мать! Мать-мать-мать!

Сивому не объяснишь, что меня уволили, не попросишь о кредитных каникулах. Он сказал, сколько ему денег надо в месяц, и его не волнует, как я их буду приносить.

Не приносить — не вариант.

Я даже кредитный платеж могу просрочить, а вот платеж Сивому — ни в коем случае.

Однажды я не пришла. Всего один раз. Решила что все, баста, хватит с меня, пусть отвалит. Меня приволокли к нему уже через день — двое громил среди бела дня, запихнули в багажник, в котором я задыхалась часа четыре, в панике и ужасе. Вынули меня, только когда приехали, швырнули под ноги Сивому, так и не развязав стянутых скотчем рук.

Господи, как мне было тогда страшно — не описать. Когда Сивый смотрел на меня, медленно прокручивая в пальцах ручку. Бледный, неприятный, с блеклыми рыбьими глазами. Старым он не был, однако испытывать к нему хоть даже симпатию без литра водки было сложно.

— Как вы себя чувствуете, Риточка? — я никогда не думала, что обычный, скучающий тон может звучать так жутко. — Не заболели?

Я не осмелилась тогда ничего сказать, да он и шанса не дал. Сам продолжил.

— Ну, конечно, заболели, наверняка, разве иначе бы вы смогли запамятовать, что у вас вчера был день платежа, который я почему-то не получил. Вы забыли, о чем мы договаривались?

Я тогда замотала головой, демонстрируя, что нет, не забыла.

— Вы же не хотите, чтобы я применял к вам свои крайние меры, Риточка? Не хотите, чтобы вся ваша репутация пошла коту под хвост? И взять и пропасть для приличного мира, чтоб найтись где-нибудь в борделе — не хотите.

Я не хотела. Ничего этого.

— Тогда не просрачивайте больше платежей, Риточка, — глядя на меня сверху вниз, посоветовал Сивый, — вы прекрасно смотритесь на коленях, это способны оценить многие мужчины. И оценят, если вы продолжите меня разочаровывать.

Больше я не посмела…

Тогда я мало знала о Сивом. Кое-что узнала потом, осторожно, украдкой, пользуясь доступом к некоторым базам данных агентства — и поняла, что про бордель он не шутил и не приукрашивал. Бордели, тайные казино, наркотики, шантаж… Он зарабатывал на всем незаконном, чем мог, не стыдясь того, что его при этом ненавидят сотни людей.

И я…

Я смаргиваю, чуть приходя в себя и соизмеряя свои желания с действительностью.

Нет, я не могу позволить потерять это место. Ветров хоть и вскользь, но четко намекнул — связей у меня нет, равноценное место работы я не получу. Он и на это-то место меня взял, подчинившись собственной внезапной блажи.