Миля над землей

На самом деле я не хочу работать с девяти до пяти, потому что тогда я смогу быть в приюте только по выходным. Вот что мне нравится в полетах. Я могу отсутствовать несколько дней или недель подряд.

– Твоя коллега с тобой связывалась? Та, которая главная.

– Не знаю. Я выключила телефон, как только вернулась домой."

"– Тогда, возможно, все в порядке. У вас есть немного времени, чтобы с этим разобраться. Если команда продолжит побеждать, до конца сезона осталась всего пара недель. Возможно, до лета с тобой все будет в порядке, а даже если и нет, ты знаешь, я помогу со всем, что тебе понадобится.

– Они продолжат побеждать, – заверяю я его.

Мои слова предназначены больше для меня самой, чем для Райана. Многие из сегодняшних моих опасений были связаны с тем, как эти отвратительные комментарии повлияют на Зандерса в последнюю пару недель самого важного сезона в его карьере. Он так близок к финалу. Так близок к подписанию нового контракта. Я не хочу, чтобы он сомневался в себе, когда он так здорово играет.

И даже если ему придется продолжать выступать до конца сезона, пока «Чикаго» не предложит ему новый контракт, мы просто разберемся с этим.

– Может быть, я смогу найти тебе работу в моей команде?

– Ни в коем случае.

Прежде чем Райан успевает возразить, наше внимание привлекает стук в дверь. Мы смотрим в сторону прихожей и обмениваемся вопросительными взглядами.

– Я открою.

– Ви, прежде чем открыть, посмотри в глазок.

В голосе Райана слышится беспокойство. После всего, что произошло прошлой ночью и этим утром, он стал осторожнее, чем обычно. Но наша квартира безопасна настолько, насколько это только возможно.

Посмотрев в глазок, я вижу за деревянным барьером самого потрясающего мужчину с капюшоном на голове и поникшими плечами. Но даже если бы я не видела его лица, я узнала бы его где угодно. Его властного присутствия трудно не заметить, даже несмотря на то, что в данный момент его поза выглядит немного подавленной.

– Зи, что ты здесь делаешь? Кто-нибудь видел, как ты поднимался?

Открыв дверь, я высовываю голову в пустой коридор, но когда мое внимание возвращается к Зандерсу, мое сердце замирает.

Его карие глаза, в которых я привыкла видеть блеск, стали тусклыми и отрешенными. Исчезла дерзкая улыбка, от которой я каждый раз таю.

– Я пытался дозвониться, но твой телефон сразу переключается на голосовую почту. – Его тон намного мягче, чем обычно. – Могу я войти?

Я отступаю в сторону, чтобы он мог войти внутрь. Войдя, Зандерс низко опускает голову, не в силах смотреть ни на моего брата, ни на меня. Я бросаю взгляд на Райана, и мы ведем быстрый безмолвный разговор.