Мера бытия

Он шёл замыкающим левого фланга, поручив Сергею отмерять расстояние.

В день выхода на Ладогу установился сильный мороз. Мело так, что Сергей с трудом мог разглядеть собственные руки в овчинных рукавицах, выданных отряду из стратегических запасов интенданта. Ветер в лицо вышибал слёзы.

Спасибо Степанычу, который посоветовал ребятам обмазать щёки солидолом, а то обморозились бы в первый же час.

Вздыбившееся торосами полотно Ладоги опасно колыхалось под коньками свежими полыньями. Запорошенные снегом, они возникали внезапно, когда нога прочерчивала тонкую прямую линию. Одно неосторожное движение — и над головой сомкнётся студенистая ледяная каша.

Шли медленно, растянувшись длинной цепью. Отсчитывая по семьсот шагов, капитан Сорокин останавливался и давал команду бить лунки. На каждое движение замёрзшие мышцы отзывались резкой болью, но Сергей ей даже радовался, зная, что если наступит бесчувствие, то обморожение может стать необратимым.

Вскоре под лёд провалился Игорь Васильев, он шёл первым справа.

Дойдя до середины очередной дистанции, Сергей услышал тихий всплеск, перерезанный коротким вскриком:

— Помогите!

Запнувшись коньком о торос, он бросился на помощь. От тёмной толщи воды, прикрытой тонким слоем льда, становилось по-настоящему страшно.

На миг остановившись, Сорокин поднял вверх руку, призывая к вниманию.

— Всем стоять на месте! — скомандовал капитан Сорокин. — Не хватало уйти под лёд всей группой.

Судя по широкому радиусу, полынья, в которой барахтался Игорь, была пробита разрывом снаряда и успела схватиться только по краям. На кромке лёд ещё держал человеческий вес, но только если лечь плашмя. Раскинув руки в стороны, Сергей распластался по льду и стал медленно ползти вперёд, продвигаясь по сантиметру. Лёд под ним хрустел и крошился. Вытягивая шею, он мог видеть, как голова Игоря то появлялась на поверхности, то исчезала.

Руками, коленями, животом Сергей ощущал, что под ним почти нет опоры и держаться на льду ему помогает какая-то неведомая сила, которой он не знал названия, но молился про себя, чтобы не ухнуть в ледяную бездну.

Как он ухитрился кинуть Игорю верёвку, непонятно даже ему самому. Но Игорь сумел ухватиться за завязанный узлом конец, и Сергей стал медленно отползать назад к товарищам. От неимоверной тяжести мужского тела в мокрой одежде у Сергея выворачивались руки в суставах, а по ободранной щеке сочились капли крови. Но всё-таки он вытащил Игоря, а после, стуча зубами от холода и напряжения, не мог сделать глоток спирта из фляжки капитана.