Мера бытия

С тех пор боеприпасы и раненые стали его постоянным грузом, и Сергей думал, что пока не убьют, он так и проболтается между городом и передовой, не успев лично застрелить хоть одного фашиста.

В ноябре к ним в полк прибыл представитель Ленинградского фронта.

Невысокий, смуглолицый полковник не торопясь прошёл вдоль строя бойцов на плацу, остановился перед Сергеем и задал неожиданный вопрос:

— На коньках кататься умеешь?

Слегка растерявшись, Сергей утвердительно отрапортовал:"

"— Так точно, товарищ полковник, был вратарём в школьной хоккейной команде!

— Молодец, — полковник одобрительно кивнул, переведя взгляд на шеренгу бойцов. — Кто ещё умеет кататься на коньках — три шага вперёд!

Из строя вышли около десятка солдат.

Не поворачивая головы, Сергей заметил Игоря Васильева, Петра Уточкина и пожилого бойца, которого все уважительно называли Степаныч.

Полковник повернулся к комбату:

— Прошу следовать за мной.

Задача, поставленная полковником, оказалась предельно ясной: провести на Ладоге ледовую разведку для будущей автомобильной трассы. Полковник указал пальцем по разложенной карте от деревни Коккорево на западном берегу до Кобоны — на восточном.

— Тут в двадцати километрах стоят немцы. Совсем близко от будущей дороги. От Коккорево до Кобоны по прямой тридцать километров, но вы должны идти этим направлением, — рука полковника обвела плавную линию, — потому что по дороге придётся обогнуть тёплые ключи. Они бьют со дна Ладожского озера, образуя майну — участок незамерзающей воды. Будьте внимательны, не сбейтесь с курса.

— Разрешите обратиться, товарищ полковник, — рискнул спросить Сергей.

Полковник оторвался от карты:

— Спрашивайте, боец. Имеете право.

Сергей постарался сформулировать вопрос как можно чётче:

— Товарищ полковник, я знаю район Кобоны. Ближайшая железнодорожная станция — Подборовье — расположена за лесополосой. Там нет никаких путей до Кобоны: лес, болота, глушь. Как будут подвозить продовольствие?

— Будет железная дорога. Она уже спешно прокладывается.

— Но как? — вырвалось у Степаныча.

Полковник кинул строгий взгляд, но видимо, решив не обижать пожилого солдата, пояснил:

— Задействованы войска, работают тысячи добровольцев, колхозники. Работа идёт круглые сутки. Ночью — при свете костров.

— Но ведь бомбят…

— Да, бомбят. Но в противоположной стороне от дороги рабочие разжигают ложные костры для маскировки.

Поднеся руку к лицу, полковник потёр глаза, и стало видно, что за строгой выправкой скрывается непомерная усталость.

Группе ледовой разведки выдали шесты, верёвки, ломики и велели держаться друг от друга на расстоянии двадцати метров и через каждые полкилометра мерить толщину льда. Командиром группы был назначен капитан Сорокин.