2
0Потом, окинув квартиру критическим взглядом, вымыл полы и стер пыль с небогатой мебели. Накормил обедом бабу Веру и замочил белье. Перед тем, как встретиться с Виолеттой, заскочил к Барибалу, передал часть снаряжения, ещё раз уточнив план действий.
К шести вечера на главном проспекте Екатеринбурга уже зажглись частые фонари. К ним прибавился свет, падающий из окон, поэтому ранние сумерки в городском центре мало ассоциировались с ночью. Рабочий день заканчивался, и людские толпы заполнили тротуары, создавая толкучку в дверях магазинов и плотно набиваясь в трамваи и автобусы. Редкие снежинки кружились в воздухе, сверкая в лучах фонарей. Ощутимо подмораживало.
На бульваре напротив Оперного театра бронзовый трибун революции Яков Свердлов застыл в митинговом порыве, призывно откинув руку и выставив вперед ногу в громоздком сапоге. Асфальтовое кольцо вокруг гранитного валуна-постамента, обставленное садовыми скамейками, позволяло почти неограниченному числу влюбленных парочек назначать свидание ""на сапоге"". Места хватало всем. Летом, впрочем, иногда бывало тесновато. Но сейчас лишь одна пара перекуривала на скамеечке, да какой-то бомж, сидя на корточках, брякал на голой земле газона пустыми бутылками, время от времени дыша на озябшие пальцы.
Бронзовый Свердлов был самым старым городским памятником, поскольку дореволюционные монархические скульптуры оказались свергнуты возмущенными солдатами, транзитом посетившими столицу Урала весной семнадцатого года. Местный пролетариат, видимо, оказался политически незрелым для столь смелого подвига. Чтобы он поскорее дозревал, спустя некоторое время на освободившиеся постаменты навтыкали агитационных революционных скульптур.
Обывателя шокировал ""Освобожденный Труд"" в виде абсолютно голого мужика со всеми надлежащими причиндалами. Из одежды на нем имелись только обрывки классовых цепей. Народ прозвал его Ванька Голый. Под стать ему была нагая женщина с факелом, стоящая на раскрашенном земном шаре. В те времена гипсовых девушек ещё не обряжали в спортивные трусы и майки и не совали им в руки байдарочные весла.
К сожалению, революционные гипсовые монументы не отличались долговечностью. Хоть их и красили к каждому празднику, но уральская погода брала свое, и линялые фигуры незаметно исчезли, словно репрессированные вместе с теми, кто их когда-то воздвигал."
"Во второй половине двадцатых годов достигший стопроцентной грамотности свердловский пролетариат скинулся на бронзу и заказал художественную статую, дабы достойно увековечить городского ангела-хранителя из нового коммунистического пантеона. Бронзовый Свердлов стал неплохим символом города Свердловска.
