Сейчас защитники нескольких гарнизонов и дотов Замбрувского укрепрайона и Брестской крепости ведут бои в окружении. Кроме того, под вопросом также отдельные гарнизоны и доты Осовецкого укрепрайона. У них у всех скоро закончатся боеприпасы и уже сейчас проблемы с тяжелым вооружением, вернее, с его отсутствием. В результате этого в скором времени боевая эффективность их действий резко снизится, а сами защитники будут уничтожены или взяты в плен. А у нас, товарищ бригадный комиссар, есть возможность эту ситуацию изменить – тем или иным способом. Можно, например, прорваться к ним и подбросить боеприпасов, людей, вооружение, усилив тем самым оборону и сделав ее более долговременной.
А можно прорваться к ним и вывести людей, сохранив опытных и решительных воинов для последующих боев в других местах. Какой вариант выбрать – это на усмотрение командования, а я вижу свою задачу в проведении разведки и сборе сведений об обстановке в тех местах. Ну, и пару-тройку диверсий по пути устроить планирую. Ведь от Бреста на Барановичи и далее на Минск идет мощная железнодорожная магистраль, сейчас ее немцы очень активно для снабжения своих наступающих войск используют, а это нехорошо – неправильно это.
Но пришел я к вам, товарищ бригадный комиссар, с этим вопросом так рано потому, что людей у меня для таких операций маловато. На разведку и диверсии хватит, а вот случись встречный бой, или, к примеру, подвижную засаду организовать – уже не получится. А тут так удачно сложилось, что найденные вчера в лесу пограничники и почти два десятка бойцов из сводного отряда старшего лейтенанта Микульченко хотят ко мне в группу перейти и дальше в этой группе воевать.
Да и младший лейтенант Петров со своими пограничниками тоже просится дальше со мной воевать. Всего вместе со мной 28 человек получается – по штату меньше стрелкового взвода РККА. Но эти люди хотят и не боятся воевать по-особому – сражаться не в боевых порядках, а в тылу врага, в засадах, может быть даже в окружении, если придется. Получается, эти бойцы – люди с авантюрной жилкой, по натуре скорее охотники, чем простые солдаты, – и им удобнее, и для дела лучше, если их использовать не в обычных стрелковых подразделениях, а вот так – в составе разведывательных и диверсионных групп.
Пограничникам-то проще, их так и так по линии НКВД для разных интересных дел определят. А остальных сегодня, после допросов у особистов, могут по разным частям раскидать и там в общий строй поставить. Они, конечно, и там воевать на совесть будут, но не так эффективно как у меня в группе могли бы. А если все они у меня соберутся, тогда и пограничники скучать не будут, и из простых бойцов я приличных специалистов по разным специальностям подготовлю.
4
0
