Хирургия мести

В молчании мы доехали до нужного этажа, я открыла двери, впустила непрошеных гостей в квартиру и предложила располагаться в кухне — единственном месте в моем доме, которого я не стыжусь.

— Сварить кофе? — как-то машинально спросила я.

— Может, лучше просто водички? — попросил следователь, раскладывая на столе папку. — Очень жарко.

Я налила им по стакану воды, села в торец стола и посмотрела на жадно пившего следователя:

— Может, вы все-таки представитесь и скажете, что происходит? Я себя дурой чувствую.

— Пожалуйста, — он вынул из нагрудного кармана красную книжечку, развернул и поднес на уровень моих глаз.

«Матвейчук Максим Максимович», прочитала я. Печать, подпись… должность… место работы… он точно следователь, надо же. Я была готова к тому, что это какой-то розыгрыш, и очень рассчитывала, что это так и окажется.

— И что же вас привело в мой дом? — довольно высокопарно спросила я и разозлилась — ну, ей-богу, идиоткой выгляжу.

— Скажите, Анастасия Евгеньевна, когда и с какой целью вы посещали город Саратов?

— Саратов? — удивилась я.

 — Погодите… кажется, лет восемь назад, а что?

— А поточнее?

— Постойте… — я нахмурилась.

В Саратове я действительно была, там жила моя двоюродная сестра, и мы с Захаром ездили к ней на свадьбу, вот только, дай бог памяти, в каком же году это было… кажется, на самом деле восемь лет назад.

Именно так я и объяснила следователю. Он как-то недоверчиво посмотрел на меня:

— А два месяца назад?

— Точно нет.

— А если все-таки подумать?

— Не о чем тут думать. Два месяца назад ни в каком Саратове я не была, как не была ни в каком другом городе, поселке, деревне, — отчеканила я твердо.

 — Еще не сошла с ума, чтобы разъезжать по городам и не помнить этого.

— А как вы объясните факт наличия железнодорожных билетов на ваше имя? — спросил следователь, постукивая шариковой ручкой по столу.

— А вы уверены, что они на мое имя?

— Я умею читать.

— Похвально. Но ко мне это не имеет никакого отношения."

"— Будьте добры, покажите ваш паспорт, пожалуйста, — попросил следователь, и я послушно пошла в коридор и там, уже вынимая из кармана сумки документ, вдруг вспомнила, о чем говорила Стаська.

О, черт… да мои проблемы куда круче, чем сбежавший муж и мутноватый любовник… и ведь Стаська предупреждала, что нельзя, нельзя, нельзя говорить о том, что она рассказала! А самое главное, что я так и не удосужилась сменить на фиг этот долбаный паспорт, даже заявление об утере не написала, чертова ленивая дура! Рука сама собой нашарила дыру в подкладке, и я как-то машинально уронила паспорт туда. Решение пришло моментально.