5
0
— Я тебе уже сказала — Алексея больше нет, — коротко бросила Стаська. — По-моему, этого достаточно, чтобы не скакать до потолка.
— Я понимаю. Но ведь дело не только в этом, я ж тебя знаю.
— Да? Ну, тогда тебе, конечно, виднее.
Она снова замолчала, затеребила в пальцах вынутые из стойки палочки, и я опять заметила, как дрожат ее руки, как она прикусывает губу, щурит глаза.
Нет, есть что-то, чем она никак не желает со мной делиться, только пока не совсем понятно, почему. Прежде у нас никогда не было секретов друг от друга.
Мне вдруг стало до слез обидно, так, что я не смогла сдержаться, выскочила из-за стола и кинулась в туалет.
У меня было ощущение, что все вокруг от меня отвернулись, и теперь вот даже Стаська, моя единственная подруга, которую я любила, тоже выталкивает меня из своей жизни.
Я никому не нужна, у меня никого нет. И ничего — ни работы, ни самостоятельности, ни будущего. Совсем ничего."
"Я склонилась над раковиной, роняя слезы, а когда подняла голову, то в зеркале увидела Стаську.
— Все, порыдала? — будничным тоном поинтересовалась она и потрепала меня по затылку.
Я обхватила ее руками, прижалась и зарыдала в голос.
Стаська, которая была ниже меня на две головы, поглаживала меня по спине и тихо приговаривала:
— Настюша, ну что ты, в самом деле… все наладится, вот увидишь. И с паспортом твоим мы все решим. Там, скорее всего, просто сбой какой-то в системе. И работа найдется рано или поздно. Ты ведь не одна, у тебя есть мама, есть Захар, есть я, в конце концов. Успокойся, пожалуйста, у меня мало времени, мы поговорим, и я поеду.
— Куда? — прорыдала я ей в макушку.
— Я не могу сказать тебе, — голос Стаськи звучал уже не надменно, а виновато, и я поняла, что она бы поделилась со мной, но по какой-то причине не может. И причина эта явно не во мне и не в Стаськином отношении.
Наверное, она права — я слишком зациклилась на собственной персоне и считаю, что все окружающие должны поступать так же.
— Тебе поесть надо, — проскулила я, отрываясь от подруги.
— Да, не мешало бы. Давай, приводи лицо в порядок, и идем. У меня действительно мало времени.
За едой Стаська выложила мне все, что смогла выяснить через какого-то своего приятеля, предупредив, что подкрепить свои слова ничем не может, хотя и видела доказательства собственными глазами:
— Я обещала, что удалю снимки, они сделаны, как ты понимаешь, не совсем законным образом.
Получалось, что существует кто-то с такими же данными, как у меня, хотя поверить в подобное было совершенно невозможно. И женщина с моими данными попала в поле зрения полиции.
Кто знает, чем теперь это обернется для меня.
