2
0
— Знаешь, Миша, а поезжай-ка ты в Чернигов к полковнику Кузьменко. Сомневаюсь, что он больно много расскажет или ты узнаешь что-то такое, чего не говорили бойцы из той части. Думал отложить это дело, но лучше к нему отправиться сейчас.
— Есть, — кивнул старший лейтенант. — Ехать сейчас, сегодня?
Капитан посмотрел на часы.
— Нет, сейчас не стоит. Поедешь завтра с утречка. С машиной попробую договориться. Если будет на ходу, подхватит тебя.
— Понял. Завтра утром, — повторил Михаил.
— Тогда пока все.
Парень кивнул и, прихрамывая, вышел из комнаты. «Небось в курилку направился», — подумал Дмитрий и тоже решил выйти покурить.
Митьков действительно стоял на улице и смолил самокрутку. Увидев наставника, он спросил:
— Дмитрий Федорович, разрешите вопрос?
— Валяй, — милостиво разрешил Юркин.
— Я хотел спросить… — Старший лейтенант помялся, подбирая слова. — Получается, мы сможем поймать Захарова, только основываясь на показаниях других людей? Если он виноват, по-другому это доказать не получится?
— Что значит по-другому? — уточнил капитан.
— Я имею в виду то, что у нас нет документов, подтверждающих его вину.
Дмитрий покачал головой. По сути, Михаил задал вполне резонный и правильный вопрос. Капитан и сам об этом думал. Да, документально вина Захарова ничем не подтверждается. Пока что.
— Ты прав, боец, — ответил Юркин. — Письменных доказательств у нас нет. Но знаешь, если Захаров во всем признается, то могут появиться и доказательства. Хотя, конечно, они могут появиться и раньше, но тут, брат, дело такое…
— Как раскрытие преступления? — улыбнулся парень.
— В общем, да. Тот же сыск, только в условиях военного времени. Поэтому со своими нюансами.
— Еще остается надеяться, что ответы на запросы что-нибудь дадут, — задумчиво заметил Митьков.
— Ну, точно не подтверждение того, что Захаров на фашистов работал, — усмехнулся капитан. — Вот его биографию точно расскажут.
— Может, узнаем его настоящую фамилию."
"— Обязательно узнаем. А не узнаем, так сам расскажет, рано или поздно. Поверь мне, Мишаня, наши ребята и не такие орехи кололи.
— А мы чем хуже? — весело отметил старший лейтенант.
— И то верно. Будем ходить и хвастать, как мы поймали шпиона.
И они оба рассмеялись. Михаил впервые увидел улыбку на лице наставника. В этот момент он стал ему как-то ближе и роднее. «Нет, все-таки он хороший человек, — подумал про себя парень. — Я даже рад, что служу под его началом». А вслух спросил:
— Дмитрий Федорович, во сколько мне завтра выезжать?
— Как можно раньше.
