4
0Пока тот глотал воздух, запихнул меня в клетку и провернул дважды ключ в навесном замке.
Хлопнула с деревянным скрипом крышка люка, отрезав желтый свет и внешний мир.
— Привет, Петров!
Барон обнял меня обеими руками, кашлял в сторону, чтобы раздышаться. Тесно здесь ужасно. Говорил весело:
— Это все-таки ты! На кой черт ты приперся?! Я, когда твой голос услышал днем, то ушам не поверил. Где ты научился местному языку? Как вообще сюда попал?
— За тобой пришел, командир, — промямлила я в голое плечо барона. То самое, что охраняла нарисованная кошка. Оно имело запах исключительно прекрасный.
— Зачем? — барон откровенно ухмылялся.
— Чтобы спасти, — я ответила еле слышно. Прозвучало глупо ужасно. Идиотски-пафосно. Я торопливо добавила: — Ты слышал, что они сказали? Про завтрашнее утро…
— Ну да, здесь абсолютная звукопроницаемость, — барон перебил и покончил с обнимашками. Встал боком. Жаль. — Печень а-ля натюрель, бефстроганов и румяное-веселенькое на десерт. Я все меню их выучил и запомнил, не сомневайся. Выберусь из клетки и бефстроганов нарежу не хуже. Ты не ответил, Петров, как здесь очутился?
— Почему украли именно тебя? Кто этот таинственный заказчик? — я накидала вопросов.
— Понятия не имею, потом разберусь, — отмел мои глупости командир, — у тебя есть план спасения, Петров?
Я молчала в темноту виновато. Нету.
— Но как-то ведь ты планировал меня спасти и — самое главное! — вернуться обратно? — попытался подтолкнуть мой мозг Кей-Мерер, — рассказывай, Петров, не тяни кота за… за хвост.
— Я помню место, где выпрыгнул сюда, в этот городишко.
— Впрыгнем-выпрыгнем — это интересно. Это даже свежо. Ладно! Я буду думать, а ты рассказывай все по порядку, — велел с начальственным нажимом комэск.
— Это история длинная, — я вздохнула.
— А мы не торопимся, курсант, — он снова меня приобнял дружески. Сделался прост и улыбчив. Приятно зверски. Может быть, ради этой минуты я нырнула в Кольцо перехода? — До утра время есть. Поговорим, подумаем.
Я отрицательно помотала головой. Рассказала про Кацмана и биплан. О ненавязчивом совете старухи Бланш распространяться не стала. Про Кольцо перехода наврала, что якобы заметила вспышку света над Заливом. Кей-Мерер слушал и не перебивал. Только руки убрал, отодвинулся в самый угол клетки и больше не хмыкал.
— Чертов браслет царапается, — пожаловалась я, когда повесть моя, слегка отредактированная и адаптированная для понимания баронами, закончилась.
