Она взяла со стола салфетку с рюмкой и подозрительно огляделась по сторонам:
- А где бутылка?
- Так бутылку этот унес, который в пижме, - ответил я.
- Ага, он унес, а мне теперь отвечать! Козёл.
- Скажите, а как это все называется? - решился я спросить.
- Что - это? - не поняла официантка.
- Ну, это место! Это учреждение!
- Как надо, так и называется, а разглашать нам не положено.
- А как отсюда выйти?
- Куда?
- Куда-нибудь.
- Не положено.
- А в туалет мне выйти положено?
- В туалет можно, - неожиданно согласилась официантка. - Пойдемте, покажу.
Сердце у меня колотилось как ненормальное: неужто я выйду из камеры?! Вслед за официанткой я и правда вышел в коридор и через пару шагов оказался перед коричневой дверью, к которой был прикноплен листок бумаге с криво написанной от руки буквой ""М"", на соседней двери висела такая же буква ""Ж"".
Первым делом я подошел к окну: похоже, это примерно третий или четвертый этаж! За окном был двор-колодец, посреди которого стоял маленький уборочный экскаватор ярко-желтого цвета.
Я пошел осматривать коридор: люминесцентные мигающие лампы-трубки, стены грязно-лилового цвета, истоптанные полы, восемь коричневых дверей - по четыре на каждой стороне. На четырех дверях были обозначены номера, некоторые написаны от руки белилами, другие привинчены. Моя камера значилась под номером ""8"", соседняя - ""17"", а две напротив - ""5"" и ""21"".
"Вздохнув, я пошел изучать наглядную агитацию, в изобилии развешанную по стенам: по три рамки с небольшими выцветшими плакатами в каждом простенке, всего восемнадцать.









