7
0Похоже, избу расширили за счет пристроек. Кокетливо сверкая ямочками под коленками, горничная проводила меня в комнату, которую можно было назвать «курительной». Во всяком случае, бывший революционер-савинковец курил здесь трубку, в стеганном бухарском халате сидя в уютном кресле, правда, не у камина, а у голландки, в которой уютно трещали дрова.
— А-а, Василий Порфирьевич! — воскликнул Радиховский, словно мое появление стало для него сюрпризом. — Чем обязан?
— Добрый вечер, Михаил Иванович! — поздоровался я, без приглашения опускаясь в кресло напротив.
Вошла горничная и опустила на столик подносик с бутылкой «смирновки», двумя хрустальными рюмочками и блюдом с бутербродиками с черной икрой. Наполнив рюмки, причем наклонившись таким образом, чтобы я мог созерцать то место, где ноги переходят в иные более соблазнительные округлости, девица выпрямилась и ускакала. Радиховский проводил ее плотоядным взглядом. Потом поднял рюмочку и качнул ею, предлагая выпить. Я не стал отказываться. Закусив икоркой, хозяин дома, наконец, спросил:
— Что привело вас ко мне?
— Я обдумал ваше предложение, господин Радиховский, и решил его принять.
— Умное решение. Что же вас подвигло на его принятие?
— Давно не проводил громких акций. Обо мне стали забывать.
— Браво! Если бы вы стали говорить о долге перед Родиной, я бы вам не поверил. Вы ведь не тот, за кого себя выдаете, Василий Порфирьевич!
— А за кого я себя выдаю?
— За советского патриота.
— А на самом деле — кто я?
— Не знаю… Хищник. Волк-одиночка… Я тщательно все проверил… Вы пришли ниоткуда, а с большевистским подпольем и партизанами связаны лишь постольку поскольку. Скажем так — по ситуации. Так что почему бы вам не послужить и нашему делу?
— Согласен. Только теперь мне нужна действительно крупная добыча!
— Насколько — крупная? Крупнее, чем Вольфрам Зиверс, генеральный секретарь Аненербе?
— Вы даже это знаете?
— Разумеется. И раздобыл эти данные, кстати, ваш хороший знакомый Серебряков.
— Зиверса я ликвидировал случайно, он мог меня выдать, — отмахнулся я. — И потом, для здешнего населения он не фигура. Нужно ликвидировать того, кто действительно наводит ужас.
— Кандидатура Энгельмайера — начальника полиции и СД — вас устроит?
— Вполне. А — вас?
— Безусловно. Только это должна быть действительно эффектная расправа, а не банальная поножовщина в подворотне.
— Вы читаете мои мысли, Михаил Иванович.
Он самовлюбленно усмехнулся.
— Вам повезло, Василий Порфирьевич, — сказал Радиховский. — У вас будет не только жирная добыча, но и превосходный алтарь для ее заклания.
— О чем вы?
— Завтра наш новый комендант устраивает загонную охоту. Приглашена вся верхушка. И ваш покорный слуга — тоже. Могу и вам устроить приглашение.
