5
0Он тут же выпил парочку флаконов с восстановителями, достав их из сумки.
— Встретил ваших в Тафии, — сообщил он, — они дождутся Лыськову и отправятся к порталу. — Он подошел к Лакторевой, которая когда-то давно была его наставницей, поклонился, и она обняла его в ответ.
Грохот с небес стал громче, почва заходила ходуном. Бермонт, одетый в желто-зеленую военную форму, в бронежилет, обернулся, сверкнул пожелтевшими глазами.
— Нужно выступать! — поторопил он.
— Выступаем, — согласился Алмаз Григорьевич. Ли Сой снял с шеи цепочку с перстнем, в который был вставлен красный янтарь, похожий на застывшую кровь с мощнейшим заворотом стихии равновесия, и коснулся вьюнка.
Тот потек в стороны, отводя веточки, открывая проход шириной с двухстворчатую дверь, в десяти шагах от которого под огромным золотым куполом плескал туман, образуя лепестки портала. Внутрь стали проходить бойцы, берманы и маги, зашел Черныш, с которого предварительно под хмурым взглядом Бермонта Старов снял ошейник, ступила Лакторева и Ли Сой. Алмаз Григорьевич нырнул под купол, и в это время Демьян Бермонт с рычанием вскинул руки, создавая щит."
"Отряд развернулся от грохота — о купол билась тварина размером с небоскреб, выглядевшая как бронированный полупрозрачный кузнечик, вставший на задние лапы, как уменьшенная копия бога, вышедшего из портала под Мальвой. Она зашипела-заклекотала, создавая в лапе шестиконечное копье, и с размаху метнула его в щит — но перед ним встал еще один, созданный совместно Алмазом и Чернышом, остальные тоже лили в него силы… и тут тварь бросила на вьюнок что-то белое, похожее на гигантский камень… или череп?
Щиты смело невиданной силой, над вьюнком заревело злое алое пламя, скрывшее все вокруг — отряд будто поместили внутрь большого костра, но жар бесновался, не в состоянии проникнуть под плетение лозы… не прошло и пары секунд, как от стихийного духа полилось золотое сияние, поглощающее огонь, заставляющее его затухнуть.
Тварь, визжа, вновь забилась о сам вьюнок, но он даже не дрожал, даже не потрескивал. Бермонт неуловимо метнул секиру — та, филигранно пролетев через сплетение ветвей, с треском и вспышкой врезалась в зеленовато-черную полупрозрачную морду, и кузнечик отступил на шаг, пошатнувшись. Секира, рассыпавшись на осколки, вновь выросла в руке короля. И в это время Ли Сой, прижав перстень к вьюнку, попросил его раскрыться, а Черныш, Лакторева и Алмаз ударили строенным Молот-Шквалом. Тень-кузнечика отбросило на пару сотен метров от портала.
Наступила тишина. От вновь сплетающегося вьюнка веяло прохладой, и застывшие под ним люди и берманы увидели, что тварь не стала возвращаться — она взмыла в воздух и полетела на юг.
— Что это может быть? — ошеломленно спросила Лакторева.
