5
0
Тиодхар Тмир-ван, поднявшись на раньяре выше, уже пришедший в рассудок после злого раздражения от того, что его переиграли, наблюдал, как мужчина и женщина, муж и жена, прикрывают друг друга, то вставая спиной к спине, то плечом к плечу.
Он умел уважать сильных противников. И на секунду его сердце уже без всякого влияния кольнула странная тоска.
Но он поднял руку — и к двоим у врат двинулись отряды на тха-охонгах, окружая их, перекрывая им путь. Пусть одни гиганты падут — они послужат барьером от огня и ветра, пока другие, толкая их вперед, заставят колдовскую защиту лопнуть, и вомнут этих двоих в землю, не дав уйти.
Глава 17
Йеллоувинь, Менисей
12.50 по времени Тафии
Отряд у портала в Менисее собирался быстро. Через пять минут после разговора с Ли Соем из Зеркала, которое открылось прямо у золотого вьюнка, вышли Алмаз Григорьевич Старов и Данзан Оюнович Черныш в темном ошейнике. И остановились, вытянув руки и удерживая переход стабильным.
Здесь это было сделать легче, чем в Рудлоге: от вьюнка по полям растекалось золотое сияние, стабилизирующее пространство, и даже почва почти не дрожала, а небеса глухо и непрерывно громыхали эхом дальних ударов. Маги дождались, пока из подрагивающего перехода выйдет почти сотня их коллег и берманов, возглавляемых королем Демьяном, и опустили руки, схлопывая Зеркало. Черныш тут же тронул сигналку у себя на запястье, чтобы сориетировать Лактореву.
— Может, снимешь эту дрянь у меня с шеи? — проговорил он вполголоса, наблюдая, как начинает светиться воздух там, где вот-вот откроются Зеркала их сотоварищей.
— Стыдно? — хмыкнул Алмаз.
— Нет, — равнодушно ответил Черныш, бросив взгляд на стоявшего спиной Бермонта. Потеребил кучу амулетов, висящих на шее: он как забрал их у погибшего Оливера Брина, так и не снимал. — У нас с тобой постоянно какие-то драки, они уже привыкли. Неразумно рисковать, в переходе мне может оторвать голову, а я тебе нужен.
— Сниму, как пойдем, — буркнул Старов. — Без головы ты мне точно не нужен. — И он шагнул вперед, подавая руку невысокой полной седовласой женщине в очках. — Спасибо, что выбралась, Галя. Не думал, что придешь.
— Если бы я не выбралась, мои магмеханизмы никому бы больше не понадобились, — сухо ответила Лакторева. — Да и общий сбор на моей памяти не объявляли никогда. О, что это? — она подняла очки и, близоруко приглядываясь, встала почти вплотную к вьюнку. — Какое стихийное плетение, какая прелесть! Потом зарисую для систем противоракетной обороны, шикарно!
— Хорошо, что не прямо сейчас, — пробурчал Черныш.
Лакторева окинула его строгим взглядом, задержалась на ошейнике. И едко хмыкнула, показав Алмазу большой палец.
Из второго Зеркала вышел Ли Сой, и ему это явно далось тяжелее, чем Галине.
