Королева дождя

Кейт просмотрела названия других отпускаемых по рецепту лекарств: морфийсодержащая смесь, прохлорперазин. Все три были выписаны на имя одного и того же пациента — мисс Анны Мейсон. Холод пробрал Кейт до костей: существовала только одна причина, по которой подобные лекарства выписывают для домашнего применения, — чтобы помочь человеку выдержать боль, порождаемую смертельной болезнью, когда надежды на выздоровление не остается.

Вывод был ясным, неизбежным. Анна очень больна. Она умирает.

Кейт стояла не двигаясь, и в ее мозгу быстро сменяли друг-друга воспоминания об Анне.

Вот их первая встреча: Анна лежит на земле, не в силах отдышаться. «Мне нехорошо», — сказала она. Потом на смену этому образу пришел другой: Анна разжигает костер, кормит козу, наслаждается музыкой. Анна в длинном белом платье, настоящая красавица. А внутри у нее притаилась болезнь. Выглядит же она храброй и сильной, словно подпитывается неким внутренним огнем.

Но где же она?

Ответ на этот вопрос следовало найти немедленно. Кейт отмахнулась от воспоминаний и выбежала из комнаты, а потом и из дома.

Она окинула взглядом полузаброшенный сад.

Все казалось обычным. Коза грызла обугленную корку батата. Куры использовали в качестве насеста ветви дерева, росшего у забора. Но тут она заметила что-то возле того места, где раньше проходила граница между участками: клочок чего-то яркого в траве.

— Анна! — Кейт бросилась к ней.

Она бежала изо всех сил, но ей все равно казалось, что она почти не движется. Ее глаза не отрываясь смотрели на тело, распростертое на земле. Анна лежала ничком, вытянувшись во весь рост. Босая, одетая лишь в синюю хлопковую ночную рубашку. Приблизившись к женщине, Кейт увидела ее лицо: голова была повернута набок.

Седые волосы прикрывали бледную кожу.

Кейт опустилась на колени возле тела. От шока руки и ноги у нее почти не гнулись. Анна не подавала признаков жизни. Но тут на фоне гудения цикад и отдаленного гула транспорта она уловила слабое дыхание Анны. Оно было неглубоким, частым и хриплым — очевидно, в дыхательных путях скопилась мокрота. Кейт наклонилась ниже, и ее навыки медсестры прорвали заслон паники. Прижав дрожащие пальцы к шее Анны, она нащупала пульс — слабый, но стабильный.

— Вы меня слышите? — От волнения голос Кейт стал совсем хриплым.

Ответа она не получила.

Тогда Кейт, схватив Анну за бедро и плечо, перевернула ее на бок. Осторожно укладывая безвольные конечности женщины, Кейт удивилась тому, что кости хорошо прощупываются, — она и не догадывалась, что соседка такая худая.

Когда Кейт закончила, Анна выглядела так, словно просто прилегла отдохнуть, подложив руку под голову. Хриплое дыхание походило на обычный негромкий храп. Ее шею все еще украшали янтарные бусы, они касались земли.