Константа

Саня, тоже пялясь в плазму, благодарно кивнул на пододвинутый алкоголь и распределил мандарин на три части: себе, брату и бармену, отдающему купюру Аркаше, радостно улыбнувшемуся забитому голу. Отвела от них взгляд в зал. Много кавказцев среди остальных присутствующих за столиками. Везде его люди.

— Да, охрана хлипенькая. Если что, удержим. — Кивнул Зелимхан и направился ко входу в зал, когда из дальнего угла неожиданно быстро приближается к нам Лиза, чтобы через пару секунд положить перед Константином Юрьевичем ровную стопку бумаг и поманить меня за собой.

Я, бросив взгляд на Костю, глядящего в бумаги с прищуром, не поднимая взгляда на меня кивнувшего, только встала из-за стола, но сразу же из-за резкого рывка Лизы, натянувшей мне капюшон после слов Кости: «они на пороге», села за соседний пустующий стол. Лиза, перекинув волосы на грудь, села напротив меня максимально так, чтобы загородить. Я, глядя в ее глаза, понятливо натянула поглубже капюшон и опустила подбородок. Осторожно, исподлобья взглянув в сторону входа. Там, перед Зелимханом, стоял коренастый, респектабельный, хорошо одетый мужик лет сорока пяти спортивного телосложения с цепким взглядом пронзительно карих глаз.

— Добрый вечер, Сергей Михайлович, — культурно поздоровался Зеля, — прошу оставить сопровождение за порогом.

— Добрый, Зелимхан Ахмадович, — приветственно кивнул пришедший, — я хочу просто поговорить с Константином Юрьевичем, — отведя взгляд от Зели, посмотрел на полуразвернувшегося к нему Анохина.

— Раз поговорить пришел, то зачем охрана? — Спокойно спросил Костя в полной тишине зала. — Я буду чувствовать себя неуютно, разговор может не сложиться.

— Я же пришел к тебе, Кость, — улыбнулся мужик, — как мне без охраны? У самого-то сколько бойцов по залу.

— Ужинают люди, — вернул ему улыбку Костя. — Ты тоже будешь чувствоваться себя неуютно, Сереж?

— Определенно, — хохотнул тот.

— Зеля, прошу.

Краткий приказ Зели и кавказцы поднялись и молча направились на выход.

Сергей прошел к столу и опустился на мое и Венерино место. Неудачное какое-то прямо. Не тот стул Аркаша хотел выкинуть из окна…

— Голоден? — Поинтересовался Костя, подавая знак официантке, тут же тронувшейся от бара с флегматичными кронпринцами и барменом, все так же кушающих витамины и смотрящих футбол. О, теперь Аркаша купюру бармену отдавал.