2
0А что это у тебя, Яша, за красавица сидит в приемной за компьютером?
Березина даже передернуло от такого наглого замечания Супонева.
– Новенькая моя секретарша.
– Сколько лет?
– Молодая еще, двадцать два года.
– Ну, Яша, самый возраст. Пробовал, как она?
– Ничего вроде бы…
– Пришли ее ко мне, а? И познакомь. Мне она понравилась.
– Хорошо, как-нибудь устрою.
– Не как-нибудь, а сегодня же вечером.
Заскочите ко мне за город вместе с ней.
– У нее сегодня месячные, Матвей Гаврилович.
– Месячные, говоришь? – вскинув седые брови, переспросил Супонев.
– Да, месячные.
– А ты что, ее личный гинеколог?
– Не личный, но знаю.
– И все-то ты, Березин, знаешь! Только вот бедный ты какой-то… Хотя, наверное, нет. Небось, уж припрятал где-то изрядную сумму, а? – принялся подтрунивать над своим партнером Матвей Гаврилович Супонев, прохаживаясь по кабинету. – Банк у тебя модный, мебель итальянская, компьютеры, шмутеры, сейфы… В общем, скорее всего, ты мужчина не бедный, а даже, может быть, как все люди с еврейской кровью, богатый.
– Да будет тебе, Матвей Гаврилович, опять к пятой графе придираешься!
– Не придираюсь я! Это кому что бог дал.
Вот я русский, ты еврей, хоть и говоришь, что полукровка. Но ты, Яш, настоящий еврей, по всем твоим повадкам видно.
Яков Березин поморщился от таких слов.
Но в общем он остался доволен предложением.
В банке было к чему придраться, и аудиторская проверка для Березина была страшнее революции, страшнее конфискации. А если Супонев обещает помочь, значит бояться нечего.
И Березин хлопнул в ладоши:
– Немного коньяка?
– Давай свой коньяк. Небось, французский?
– А то как же!
– Пусть твоя девочка все сделает, я хочу полюбоваться на ее ножки.
Березин и Супонев сидели за столом, а референт управляющего банком принесла серебряный поднос, на котором красовалась еще не начатая бутылка коньяка, два низких бокала, спиртовка для разогрева коньяка и кофеварка.
Еще на подносе стояли тарелочки с фруктами и тонко порезанными лимонами.
Когда секретарша ставила бутылку на стол, рука Матвея Гавриловича скользнула по ее бедру. Девушка вздрогнула, но ее лицо осталось спокойно. Рука Супонева скользнула по гладкому бедру и застыла на ягодице.
– Хороша, хороша девушка! И сколько тебе платит этот супостат? Как тебя зовут, девушка?
– Рита меня зовут.
– Маргарита, значит, – уточнил Супонев. – Так сколько же тебе этот супостат платит?
Маргарита посмотрела на своего хозяина.
Тот кивнул, давая ей разрешение назвать сумму. Та произнесла.
Супонев расхохотался животным смехом:
– Да ты у меня, Маргарита, заработаешь эти деньги за одну ночь или за один вечер. Как тебе больше нравится?
– Нет, нет, что вы, Матвей Гаврилович! Я хочу работать здесь.
– Ну так и продолжай работать здесь.
