2
0
«Надо будет еще раз опустить ведро в глубокий колодец, вытащить воды и опять припасть к холодному шершавому железному краю и хлебать, хлебать до ломоты в зубах».
Досмотреть сон солдат не успел. Подполковник Борщев перевернул поддон вагонетки, и солдат плюхнулся на бетон. Он вскрикнул, ойкнул и вскочил на ноги, думая, что это старослужащие сбросили его с кровати на пол.
Замахал перед собой руками, словно отгоняя назойливых мух или пчел.
– Стоять!
Голос своего командира солдат мог узнать из тысяч других. Он открыл глаза и прижал руки к потертым карманам галифе.
– Борщев, – сказал полковник Иваницкий, – доставь бойца в часть, в санчасть и пусть там его подержат до моего распоряжения.
Борщев, махнув солдату рукой, приказал тому идти вперед. И когда подполковник Борщев, его подопечный в помятой грязной гимнастерке исчезли, растворились в темноте тоннеля, полковник Иваницкий увидел удивительную вещь, которая потрясла его до глубины души. Он увидел отпечатки протекторов «Урала», который проехал по луже со смазкой. Именно здесь машина приостанавливалась, когда он вскакивал на подножку.
И так же он увидел четыре четких следа ботинок, ведущих от колонны к машине. И он абсолютно ясно вообразил себе и представил, как майор, спрятавшись за колонной, улучил момент, когда машина идет медленно, и в четыре прыжка преодолел расстояние между ним и цистерной.
«Наверняка, сволочь, уцепился за лесенку», – подумал полковник Иваницкий.
Теперь у него сомнений не оставалось – где именно провел часть ночи майор ГРУ Петр Кудин.
– Все ясно, – с какой-то горечью и одновременно с сожалением пробормотал полковник Иваницкий.
«Вот ведь ловкий мужик! А так прикинулся, что даже я поверил, будто он в задницу пьяный. Ну ничего, на каждую хитрую жопу есть хер с винтом. И тебе, майор, на этот раз несдобровать. Это уже не моя проблема, не мое желание, тобой займутся, скорее всего, другие люди, а я на свою задницу приключений искать больше не буду. Солдата отправлю в какую-нибудь Сибирь, а с тобой, майор, и с твоими шустрыми ребятами разберутся люди Гапона. И зря ты сломал телефон в своем номере, зря… Теперь тебе уже никуда не дозвониться».
Сразу от складов, благо было недалеко, полковник Иваницкий отправился в свой кабинет. Солдат, несущий караул, отдал ему честь, доложил, немного удивленный тем, что начальник полигона появился в неурочное время на службе. Но скоро нашел этому приемлемое объяснение: приехала проверка.
О проверке на полигоне уже знали все.
Обычно такие посиделки с девочками, с музыкой, выпивкой затягивались до самого утра, несколько нарушая плавное течение солдатской жизни. Вообще-то солдатам на полигоне служить нравилось.
