Кофе, кот, мужчины и я

Просыпаешься — а он голый, и это значит, что зима на пороге.

Но пока еще клен был вполне одетым. Я любила осень, любила эту легкую грусть с коричной горчинкой. Даже холод и дождь любила — не сам по себе, конечно, а возвращаться домой, где тепло и светло. А теперь там еще и кот ждал.

Грусть была и от разрыва с Кириллом. Нет, я не жалела. Ни о том, что мы были вместе, ни о том, что я эти отношения закончила. Лидка сказала, что я зря потратила на него время — невосполнимый ресурс. Я не стала спорить, но про себя подумала, что и это для чего-то было нужно. Все люди, которых мы встречаем в жизни, даются нам для того, чтобы чему-то научиться.

Но сейчас осень была не только за окном, но и внутри меня. Время между летом и зимой. Между тем, что цвело и отцвело, и белоснежным новым началом.

Я не хотела торопиться, не хотела с кем-то знакомиться лишь для того, чтобы не быть одной. Все будет, когда придет время. А сейчас оно нужно для другого. Пауза. Перезагрузка. Время, чтобы сменить кожу.

Я пила кофе, смотрела на лимонный клен и улыбалась — как будто мечтала. Ни о ком конкретно. Ни о чем. Просто пила это хмурое утро, как кофе с корицей и перцем.

Наслаждаясь каждым глотком.

А потом садилась работать. Лепила в Фотошопе постеры, этикетки, календари на следующий год. Расправившись с заказами, брала планшет и рисовала эскизы для своего будущего антикафе, которое постепенно обретало очертания, словно проступало из тумана.

Глава 8

Суспензию от паразитов я дала Пиксу еще в самый первый день. На уговоры он не поддавался, пришлось завернуть его в одеяло и влить в пасть. Как-то незаметно пробежали две недели, напоминалка в телефоне доложила, что пора на прививку.

Разумеется, я могла пойти в ветклинику поблизости, но…"

"— Нет, — сказала я Пиксу.

 — Это не то, что ты думаешь. Просто там хороший ветеринар. А тут еще неизвестно на кого нарвешься. Да и карточку уже завели.

Кот посмотрел на меня с четкой насмешкой в зеленом глазу. Голубой остался индифферентным.

Нет, серьезно. Если я смотрела на него с черно-голубой стороны, он был сама серьезность. А если с рыже-зеленой, то явно ухмылялся.

Да-да, рассказывай, говорила рыже-зеленая морда, я повернусь черной стороной и притворюсь, что поверил.

Позвонив и выяснив, что Покровский сегодня принимает, я затолкала Пикса в передвижной котозак.

Возить его в корзине было как-то несолидно, поэтому купила пластиковую переноску с решеткой. Водитель такси, увидев через нее морду по линеечке, всю дорогу рассказывал про свою трехцветную кошку. И даже отказался от чаевых, мотивировав тем, что кошатник кошатнику — друг, товарищ и брат.

В коридоре клиники на этот раз было пусто. Эффектная брюнетка в бордовом костюме пригласила нас в кабинет.

— А… Сергей Валентинович? — пискнула я. — Мы к нему.