4
0
— Прозрачный! Я набирал из него песок, а он взял…и наступил!
— Кто…наступил?
Словно специально, Давыдов вдавил упругие девичьи ягодицы в свой невероятно жесткий пах. В ответ на ее свирепый взгляд, недоуменно пожал плечами:
— Должен же я хоть чем-то прикрыться!
Ну, конечно!"
"Женскую попу создатель для этого же и придумал — дабы прикрывать возбужденную мужскую промежность!
— Дядя наступил! — Вернул на грешную землю мальчуган.
Попыталась абстрагироваться от ощущений:
— Какой дядя?
— Красивый!
Ясно. Глеб своими неосторожными шагами разрушил целую подпольную монополию!
Глаза ребенка увеличились до невероятных размеров, когда заметил, что его Лера гордо восседает на коленях Давыдова. А тот, в свою очередь, без зазрения совести прижимает ее к себе.
— А-а-а-х-х-х-х…
Выдохнул малыш, обиженно ринувшись в их направлении. Достигнув цели, проворно залез на руки к Герману, и уже широко улыбаясь, переполз к ней на живот. Лишь собственнически обняв девушку, немного успокоился.
— Ну, что, доволен? — Хмыкнул мужчина, скептически осматривая их тройную пирамиду. Тот улыбался, шалея от радости:
— Да!
Тут же закопошился, подтягиваясь выше.
— Слышь, малой, ты ей на голову залезть собрался? — Строго осадил мальчугана Константин. В итоге, Лучик, не выдержав сурового мужского взгляда, спрятал лицо у нее на груди. Лера с укором посмотрела на родителя:
— Не бойся, маленький! Это мой папа. Он не обидит тебя.
— Папа? — Оживился, движимый явным любопытством. — А у меня нет папы. Ой! Есть, но далеко живет. Мама говорит, он просто не знает, что я у него родился. Поэтому не приезжает ко мне.
Сердце сжалось в груди, от невыносимой боли. Руки, сами по себе крепче стиснули его маленькое тельце.
Ну, почему? Почему в жизни так бывает?
Недовольный ее ласковыми тисками, Антошка закапризничал, требуя свободу. Точно котенок, которого вдруг сильно сжали. Пришлось разомкнуть объятия. А уже спустя несколько мгновений, он, невероятно смущаясь, подошел к ее отцу, и опасливо ткнул пальчиком в правую кисть, испещренную неким узором.
— Татуировка, — пояснил Спирин, таращась на мальчугана во все глаза, — армейская!
— Я тоже умею так рисовать! — Довольно закивал в ответ, незаметно стягивая со стола черный маркер. — Сейчас покажу.
— Покажи…
Внезапно, в который раз на дню, с жутким грохотом распахнулась дверь. Следом раздался заливистый женский смех, опережающий самих посетителей.
— Ох, какой же ты лапочка! — Не скупилась представительница прекрасного пола на комплименты, кокетливо хихикая с охранником. — Спасибо, что удержал, милый! Теперь, можешь поставить меня на пол.
— Не за что, Анна Александровна. Считайте частью моей работы — не дать Вам упасть.
