8
0Каждая мышца превратилась в сталь, внушая еще больший трепет. А взгляд…он не принадлежал более Давыдову. Перед ней стоял незнакомец. Незнакомец, способный на все.
Цепенея от ужаса, Лера осознала, что это конец. Перегнула палку, пытаясь вывести его на эмоции. Вот сейчас он ее и убьет. И прикопает прямо в клумбе с незабудками!
— Утром я, — пролепетала еле слышно, стремясь разрядить обстановку. Прокашлявшись, продолжила уже громче. — Возможно…наговорила лишнего…
— Эта девчонка еще и сомневается!
Глухо и озлобленно. Сквозь стиснутые зубы.
— Да. — Нервно сцепила пальцы в замок. — И хотела извиниться. Сразу же. Но…телефон был уже вне зоны…
Он что-то достал из кармана, и бросил к ее ногам.
— Этот?
В тусклом свете фонаря, Лера разглядела его мобильник, с разбитым вдребезги экраном.
— Что произ…
— Сломался. — Прервал холодно. — В самый неподходящий момент. Весь день партнеры не могли дозвониться.
Изумленный вздох слетел с губ, когда поняла смысл сказанных слов. Он разбил его. Разбил! Сам. Из-за нее. От злости…а возможно, Господи, помоги, и ревности!
— Я не собираюсь спать с ним, — произнесла, удерживая на себя тяжелый взгляд чернющих глаз.
— Конечно, не собираешься! — Припечатал ледяным тоном. — Если бы собиралась, наверняка, вырядилась бы в монашескую рясу, а не просто оголилась!
— Даже, не планировала!
— Заметно!
Не прошибаемый!
Она готова была вцепиться в его волосы, или просто хорошенько треснуть по голове. Вместо этого, прикрыла глаза, и, досчитав до десяти, мягко прошептала, пытаясь до него достучаться:
— Мне важно присутствовать на данном мероприятии, Герман. Просто потому, что внесла немалый вклад, чтобы этот день вообще наступил. К тому же, меня ждет Глеб!
Что-то в оскале мужчины ей совершенно не понравилось. И интуиция не подвела."
"— Не заблуждайся, милая! — Почти ласково, приподнял за подбородок. — Тебя ждет вовсе не Глеб. Тебя ждет подвал, наручники, и ремень!
Лера ошарашено вытаращилась на Давыдова, пытаясь определить степень его серьезности. Неужели, на подобное наказание он и намекал?
— Врешь!
— Вру, — обнадежил, чтобы добить окончательно следующей фразой. — Наручников у меня нет. Придется зафиксировать подручными средствами.
Эффект разорвавшейся бомбы. Серьезен! Он, мать его, серьезен!
— За…зачем? — К своему стыду, начала заикаться. Только вот…от страха ли?
Герман подался вперед, опаляя губы горячим дыханием. Однако взгляд его был острее лезвия бритвы, заставляя внимать каждому слову, а не уплывать, от столь явной близости.
— Чтобы приковать тебя к тренажеру, а самому свалить на вечеринку.
