6
0
Голову ему отрывал, ломая шею и дробя череп, пробивал его, позвоночник и кости до сих пор не срослись, дополнительно наносил глубочайшее раны. Что оставалось?
Сердце!
Нужно вырвать падле сердце! Или там, уверен, как у детищ биоников имелся некий биологический реактор. Вот его нужно было вырубить. Так?
Хрен знает.
Делать же все равно что-то нужно!
Ангел распахнул обгоревшие и ощипанные крылья, попытался ими взмахнуть. Пока неудачно, несмотря на поднятые клубы пыли, но я видел, как на моих глазах вырастали новые перья, кости же хрустели, явно восстанавливались, суставы вставали на место.
Протяжное: Ууууу!
Оно разносилось по окрестностям, лишь меняя тональность, глушило, если бы не фильтры — слуху хана.
Больно? Это хорошо.
Перекат, успел уйти от очередного луча. Вот вновь глазницы шлема начали наливаться желтизной.
Ясно-ясно!
Стелс!
Заход за спину, походивший на мгновенное перемещение в пространстве. Со всего размаху бросил молот, целясь между лопатками, и затем сразу же смещаясь в сторону добавил бластером. Напоследок с хлопком и шипением ушла ракета из подствольного пускового контейнера в широкую спину.
Именно ее взрыв бросил гиганта вперед и вниз. И опять успели промелькнуть мысли-оды самому себе — враг чуть-чуть не успел, а я постоянно смещался и перемещался. Поэтому копье света, рухнувшее с небес, поглотила земля. Следующее горизонтальное с шипением прошло настолько близко — даже смогло снять два процента с защиты. Пролетело дальше и проделало идеально ровное отверстие в десятиэтажном доме, и на этом не остановилось. Понеслось куда-то вдаль. Не знаю, если кому-то не повезет, и он попадет под такое — респ однозначно.
Я же бросился вперед, понимая, что если ничего не сделаю, то враг вновь восстановится. Поэтому приземлился ему на спину. Тот в этот момент пытался подняться с колен, но масса брони и моя собственная, причем видимо неожиданно ударившая сверху, впечатала тварь обратно.
Лежать, сука!
Но тот не хотел умирать молча, не сопротивляясь. Начал пытаться махать крыльями. То ли пытался взлететь, то ли меня сбросить. Хорошо, что руки-ноги у ангела до сих пор нормально не срослись, и по-прежнему порой бессильно повисали, изгибаясь под невероятными углами, будто резиновые.
Только поэтому я еще оставался жив.
Нет, все же внезапность, решительность и натиск — это наше все.
Схватил за левое крыло обеими руками, дернул на себя изо всех сил эту конечность, одновременно прижимая стопой голову ублюдка к земле. С каким-то садистским удовлетворением отметил обломанный рог на шлеме. Чувствуя, как синтетические мышцы, помноженные на силу моих запредельных для обычного человека, напряглись практически до разрыва, едва не заорал от боли.
