1
0Отказы не принимались - читайте договор. Мнение режиссера носит первоочередной характер. Надо удивлять публику, чего стесняться – все без исключения девушки прекрасно сложены. Кто против, вещи собираем, и домой вместе с Джанетт.
Сказать, что Оксана Сергеевна и Мария Андреевна были в бешенстве, значит, ничего не сказать.
- Наверняка Одинцов придумал, извращенец поганый! – психовала Ксюша, швыряя купальник на кровать. Им разрешили одеть лишь нижнюю его часть. Сколько они не спорили, ответ один: или топлесс или домой, как говориться, к мамкам, нянькам.
- Неет! – кровожадно прорычала Маша, - думаю, извращенец у нас один – Харпер! Уверена, Кирилл бесится не меньше нас.
- Не понимаю, что вы разошлись. Какая разница, кто придумал? – Их соседка по каюте искренне недоумевала, в чем, собственно, проблема. - Главное, показать себя во всей красе. Мне, кстати, есть что показать. Что такого-то? Я дома часто без лифчика загорала, а тут само место располагает.
Маша с Ксюшей переглянулись, но спорить не стали.
- У Катьки и Мишель нечего показать, поэтому их не включили в турнир, а нам, девочки, радоваться надо, - между тем продолжала рассуждать соседка, - собирайтесь уже и идемте.
- Саш, ты понимаешь, что нас по всему миру покажут нагишом практически. Не стыдно? – Ксюша закрыла руками горящие щеки и покачала головой.
- Ты преувеличиваешь. Я помочь хочу, а ты масла в огонь подливаешь. Подумаешь, титьками пару раз тряхнуть на камеру, сейчас этим никого не удивишь. Кирилла, кстати, тоже – и не такое видел. Он, между прочим, судить будет игру.
Ксюша зарычала – придушить его мало.
Она решила оставить волосы распущенными. Уложила их красивыми волнами так, чтоб прикрывали грудь, которую считала своей гордостью. Демонстрировать ее всем подряд не собиралась. Хватит и того, что увидят во время волейбола, там хочешь, не хочешь, а волосы на месте не удержишь.
Маше же сделали два хвоста - ее рыжая шевелюра гораздо гуще. Ксюша умилилась тому, как невинно смотрелась подруга с этой прической."
"- Если хоть один мужик бросит на тебя не здоровый взгляд, обвиню его в педофилии, доча.
«Доча» заливисто рассмеялась.
- Можно подумать ты бабушка старушка, сама от меня не далеко ушла с этим ободком в цветочек. Хотя правильно, нечего на девочек маленьких заглядываться.
Они взялись за руки и покинули каюту.
Пляж де Салечча с моря смотрелся потрясающе: дикий, с белым песком, уходящим в лазурное море. Если бы не одно «но», портившее впечатление. При мысли, что придется появиться перед Киром топлес, алая краска заливала Ксюшино лицо. Да, она уже не девочка, мать четырехлетнего мальчугана.
