Испытания. Земли Ордена

Слишком много для нашей небольшой семьи. А мои, тайком выученные в свободное время, техники для работы с камнем были не самыми лучшими — я бы не успел справиться, но к тому времени, когда солнце коснулось вершины закатной горы, я был уже не один — бок о бок молча и хмуро трудился сам Потий и ещё трое его учеников, тела рядом с моими могилами укладывала Амма, ещё не меньше десятка других идущих трудились немного в отдалении.

— Эй, парень! Парень! Ты оглох, что ли?

Я не сразу понял, что обращаются ко мне, а поняв, едва завершил технику.

В изумлении обернулся, обнаружив чуть в стороне старика-безумца.

Как он сюда попал?

— Парень! — старику-безумцу не было дела до моего удивления. Он ткнул пальцем себе под ноги. — Ленишься. Совсем короткая могила. Вон, — старик перевёл указующий палец чуть в сторону, — Косой не влезет, а он ведь даже ростом не выделялся. Мне его что, укорачивать?"

"Не влезет в могилу… У меня задёргалась бровь, и я торопливо прижал её пальцем левой руки. Дарсов старик, как он просто об этом говорит.

— Нас Властелин земли накрыл, — показал дыру на рукаве пыльного халата старик. — Мне повезло, выскочил, а ему не повезло.

Вот если бы наоборот, то я бы в твою могилу влез, а раз умер не я, а он, то будь добр, удлини её.

Я выругался и шагнул вперёд, цедя на ходу:

— Удлиню, а ты будь добр, помолчи.

— Чего молчать-то? — удивился безумный старик.

— Старик, у меня был тяжёлый день, не зли меня.

Тот покачал головой:

— У молодого поколения сегодня недостаёт уважения к старшим, пытаются оправдаться такими жалкими словами. Кто у тебя погиб сегодня, что тебе тяжело? Мать? Жена? Может, сына убили?

Рядом возникла Амма:

— Господин, мне убить его?

Старик фыркнул:

— Твой господин слишком справедлив, чтобы убивать меня за справедливые вопросы.

— Зато я никогда не была справедливой, старик, — ответила Амма, делая к нему шаг.

— Остановись, — буркнул я, обходя её.

Дождавшись, когда я в три движения клинка расширил яму, старик уложил рядом тело, довольно хмыкнул, обнаружив, что в этот раз я вырубил камня с запасом, отряхнул руки и продолжил разговор, словно и не было между нами словесной перепалки:

— Чего молчать, если живой остался? Мне вот ещё после первой большой битвы…

Я криво усмехнулся:

— С сектантами?

— Почему с сектантами? — удивился старик.

— С соседями нашими, такими же имперцами, прям как у тебя сегодня. Мне вот ещё тогда, когда я глядел на улицы родного города, заваленные мертвыми, среди которых были и важные для меня люди, старейшина наш сказал: жизнь продолжается, молодой господин, держите выше голову, — старик огляделся, покачал головой. — Гляжу, твои старейшины где-то потерялись, значит, мне придётся за них это тебе сказать, младший, — наши взгляды встретились. — Жизнь продолжается. Так живи её.