Испытания. Земли Ордена

Я предпочёл оставить это как есть, решил просто дотянуть до конца контракта.

Дотянул?

Нет.

Старейшины, как моего слугу, которому я доверяю, и на котором есть мой Указ, как слугу, не связанного с Орденом, отправили его в родной город, чтобы он воспользовался связями и нанял там две-три сотни людей.

Он их нанял. Но первое, что он сделал, оказавшись в родном городе — купил артефакт, снявший с него мой Указ.

Второе, что он сделал, связался с Алыми Пиками, которые в его городе тоже предлагали гору духовных камней за Седого. И ведь сумел же управиться за день, тварь.

И на этом не остановился, а помог Алым Пикам отыскать проходы через Поле Битвы.

С той самой, противоположной от Морлан стороны, о которой так переживали старейшины.

Четвёртое, что он сделал в своём предательстве — внёс флаги формации в резиденцию, установил первый из них и помог ударить в спину защитникам.

Келлер затратил на оценку снятого с Логара нефрита Голоса не больше десяти вдохов.

— Очень хорош. Это работа артефактора Повелителя.

Я криво усмехнулся:

— Что же, нам стоит поискать второй такой среди вещей убитых. Например, в кольце Кресаля, — перевёл взгляд на Седого. — Ты же снял его перед тем, как отдать тело?

Седой молча кивнул. Что же, я не сомневался в нём.

— Глава, — решительно произнёс Рутгош.

Но я заставил его замолчать коротким жестом. Спросил у всех, кто собрался в этой комнате под формацией тишины:

— У кого-то ещё есть вопросы к предателю?

Если они и были, то их никто не решился произнести.

— Нет, глава.

Я медленно кивнул. Логар всё понял, сглотнул и торопливо выдохнул:

— Господин!

Я не собирался его слушать и завершил всё быстро:

— Умри."

"Несколько вдохов я глядел на его рухнувшее тело, не испытывая ни радости, ни удовлетворения, только усталость и горечь, затем отвернулся и глухо сообщил:

— Остальных пока в темницу, — опомнившись, уточнил. — Она у нас есть?

— Устроим, глава, — согнулся Рагедон. — Это не сложно.

— Хорошо. Все остальные дела тоже потом. Я буду на… — голос на миг сорвался, — кладбище.

— Глава. Глава. Глава… — никто не возразил, не упрекнул, не заметил, что это не лучший выбор.

Никто. Даже старейшины и советник Бахар, который мог бы это сделать, и оказался бы прав.

Правда, я бы всё равно их не послушал.

В случившемся сегодня есть и моя вина. Глупо накладывать на себя наказание, но ещё глупей оставить вину без него.

Позади, за спиной, там, где недавно была формация тишины, раздались голоса и мыслеречь, которые не могли скрыться от моей текущей силы.