9
0
— Опять ты?!
— И в это раз с другом, — гоготнул Бер, когда мои глаза с трудом привыкли к темноте, лишь сейчас разобрав, что он возвышался рядом и кинул на стол что-то явно тяжелое, что приземлилось с глухим шлепком, под голос веселый насмешливый голос, — Прости, кажется, он в глубоком обмороке от твоей «подружки» и ее горячего «поцелуя»! А ты?
— Что я?…
— Не поцелуешь меня?
Вот ведь нахалюга!!!
Вскинув резко сковородку. я угрожающе рыкнула под его раскатистый басистый хохот:
— Подружка поцелует!
— Подружку свою оставь для кабанчика. Пусть вечером его отжарит так, чтобы он завизжал от восторга.
Я захлопала глазами, в эту секунду понимая, что потеряла суть его слов и происходящего вокруг, с трудом удерживая сковородку в одной руке, чтобы второй упереться в свой бок, чуть выгибая брови:
— Ты всегда такой искрометный или только по выходным?
— Сегодня среда, — даже не моргнув, усмехнулся мужчина, слишком уж по-хозяйски прошагав в глубину комнаты и практически растворяясь в темноте, если бы не его почти желтые глаза, блеск которых не смогла скрыть никакая мгла, чтобы проговорить весело, но вызывающе, — Говоришь, всё в порядке у вас?
— В ПОРЯДКЕ!
— Угу, что в порядке слышно за пятьдесят километров от дома.
Мда…и без него было ясно, что ничего в порядке не было, но как-то обидно было слышать это от человека — вернее Бера — который понятия не имел, что делать с малышами, которым сутки от роду, что бы там он из себя не строил!
А то посмотрите на него, просто ангел-хранитель во плоти!
С голым задом и чистым намерениями — всё как полагается истинному ангелу, только вот нимб забыл на подзарядке и крылья в стирке оставил!
— Может, я все таки посмотрю на мелкого?
— Если посмотришь, тут же свои глаза и оставишь! — рыкнула я, тут же наполняясь до краев огнем и хватая свое орудие защиты двумя руками, ясно давая понять, что он и шага не сделает в сторону комнаты и моего малыша.
Даже если карапуз продолжал отчаянно плакать, не собираясь взять тайм аут и передышку, чтобы взрослые могли между собой разобраться.
— Попробуешь меня остановить?
Как же довольно и возбужденно прозвучал его рокочущий голос!
У меня даже сомнений не было в том, что именно этого мужчина и ждал, готовый задевать меня каждую секунду, словно мой огонь согревал его изнутри.
О том, что я отчетливо ощущала его возбуждение я старалась не думать…кто его знает! Может он всегда был возбужден? И я тут была вовсе не при чем! Мало ли на свете озабоченных маньяков!
— Что тут пробовать? Раз сказала, что без глаз останешься — значит так и будет!
Может я бы и не кинулась на него! По крайней мере, сразу.
Но этот наглец встал посреди комнаты, расставив свои ножища и раскинув руки в стороны в приглашающем жесте, мол, вот он я, красавчик.
