2
0Фасад господского дома давно не подштукатуривали, краска местами облезла, сад неподалеку зарос травой.
Настя хмурится, оглядев дядино хозяйство.
— Давно не была в гостях у дяди? — догадываюсь я.
— Да, с детства, — смущается она. — Времени всё никак не было, — словно оправдывается.
Ставим машину на крытой парковке между большим и одноэтажным домами. Из небольшого домика доносится смех и громкая музыка.
— Вечеринка-то в самом разгаре, — замечаю я.
Настя бросает быстрый взгляд в сторону домика.
— Наверное, это гуляет Толя, сын дяди, — делает она предположение.
Мы же двигаемся в большой дом. Самое интересное — нас никто не встречает. Ни хозяин, ни слуги. Вот такое вот гостеприимство. Настя встревоженно поджимает губы, но ничего не говорит.
Мы заходим в дом сами, пересекаем коридор, пока не доходим до столовой. Громкий перестук столовых приборов о тарелки мы слышим еще в холле.
За столом ужинают мужчина с женщиной. Они будто специально нас не замечают, пока Настя не говорит обеспокоенно:
— Дядя…
Только тогда мужчина неспеша поднимает взгляд на племянницу.
— А, Анастасия, прибыла уже.
"Настя не проявляет никаких эмоций. Она гордо вскидывает подбородок и садится напротив дяди, отчего тот перестает есть и хмуро оглядывает гостью. Женщина тоже прекращает обед и робко смотрит на мужа.
— Прибыла, — коротко бросает Настя, явно приняв предложенные «правила игры». — За фрагментом сознания моей матери, дядя. Будь добр отдать его.
Я могу лишь поаплодировать девушке. Нас тут точно собрались гнобить.
— Вот как заговорили, — протягивает Егор. — В этом целиком Горнорудовы. Приходите в мой дом и даже без «здрасьте» требуете что-то отдать.
— Что-то⁈ — вскидывает брови Настя. — Это не что-то, это разум моей матери! Разум твоей сестры, дядя!
Я прямо чувствую ее возмущение, но Кожевников только морщится.
— Не преувеличивай, — фыркает он. — Это попытка будет такая же провальная, как и все остальные до нее! Но вы могли бы проявить больше уважения! Хотя бы предложить вознаграждение за то, что я снова подставлю свое сознание вашему телепату!
— Разве отец тебе не помогал всё это время? — хмурится девушка.
— Эти копейки он мне не шлет, как ты заметила, уже несколько лет, — презрительно сообщает Егор. — Да и Горнорудовы всегда меня обманывали. Началось всё с рудника, который я двадцать лет назад купил у твоего отца. Купил за огромную сумму. Уже чрез два года рудник кончился. Ни руды, ни денег.
