– Ой! Ты же сама посоветовала, – заморгала Лапуля, – сказала: «Лосьон после бритья приготовила? Чтобы раздражения не получилось».
– Только не говори, что ты помазала кофту кремом, – простонала я.
– А разве не надо? – озабоченно сдвинула изогнутые брови Лапуля. – Целая баночка ушла. Она очень маленькая оказалась. Неправильно, что мужской кремик в такой малипусенькой штучке лежит! У парней морды большие, им много кремчика надо! Вот Антон, который раньше жил с Алиной, которая прежде бегала за Костей, чья жена одно время ходила в невестах у Вити, который бросил в меня слона, а попал в тигра, из-за чего я убежала к Сереже, чья Катя…
Меня стало подташнивать.
– Сделай милость, остановись.
– Вау! Я тебя утомила, – расстроилась Лапуля. – Витя часто повторял: «Дура, заткнись». Это обидно звучало.
– Витя хам, – отрезала я, – давай сюда кофту.
– Зачем? Она в порядке, – засопротивлялась Лапуля.
– Лучше испеки еще печенюшек, – попросила я и пошла в ту ванную, где у нас установлена стиральная машина.
Я не очень умелая хозяйка, но запустить автоматическую прачку легко научится даже мартышка.
– В коммунистическом будущем женщины непременно избавятся от нудной домашней работы, ее станут исполнять роботы.
Хорошо иметь твердые принципы! Исключительно из заботы о женщинах будущего Анфиса не берет в руки веник, тряпку и не замечает переполненное мусорное ведро.
– Старушке много лет, ей не следует надрываться на ниве домашнего хозяйства.
Вот только бегать на партийные собрания и на митинги у Анфисы сил хватает. Маргоша, похоже, одного возраста с нашей убежденной марксисткой, но до того, как я переступила порог квартиры Димона, именно Марго боролась с бытом, как Иванушка-дурачок с Кощеем Бессмертным. Теперь роль придурковатого сынишки перешла ко мне.









