\

Во мне был огонь, как и в Родерике, и я и без теории стихий понимала, что плотская любовь и страсть значат для нас много. Я хотела его, а он меня, но для брака этого было бы мало.

Я все требовала чего-то большего, чего-то еще – заботы, внимания, нежности, и Родерик дарил мне их по мере сил. Но главное, что я наконец поняла – мне и самой хотелось заботиться о нем. Пришлось отправиться в хаос, чтобы осознать, что ради Родерика я готова на все.

Я хотела, чтобы он был счастлив со мной и спокоен, хотела чаще видеть улыбку, от которой на его щеке появляется ямочка, хотела обнимать его перед сном и целовать по утрам.

Хотела… ребенка. Сердце вдруг сжалось, а потом забилось чаще, пока я, замирая от странной смеси ужаса и восторга, обдумывала эту мысль. Ребенок от Родерика. Славный мальчуган, серьезный и уверенный как его папа, с серыми глазами и сладкой улыбкой. Или, быть может, девочка, милая и шаловливая, которую он будет обожать всем сердцем…

– Ты в порядке? – Миранда заставила меня остановиться и посмотрела с беспокойством.

– Да, все хорошо, – успокоила я ее, и слезы, выступившие на моих глазах, испарились.

 – Я вдруг поняла, что очень хочу выйти замуж за Родерика.

– Самое время, – проворчала Дебра и постучала в зеленую дверь.

Она распахнулась тут же, словно хозяин ждал нас у порога. Может, так и было, уж больно картинно выглядел мастер Изергаст в своем халате и сверкающих туфлях.

– Моррен, мне нужен хоть какой-то план действий! – с отчаянием воскликнула Дебра.

Он посторонился, пропуская нас в дом, а потом взял Дебру за плечи и, склонившись к ней, произнес:

– Ты справишься. Все пройдет просто отлично. Задание плевое.

– Плевое, – повторила Дебра как зачарованная.

Впрочем, почему – как? Зеленые глаза некроманта светились магией.

– Сделать вам кофе? – предложила секретарша так неуверенно, будто это была не ее идея.

– Было бы славно, – улыбнулся Моррен и повернулся ко мне. – Как настроение, будущая жена Адалхарда?

– Прекрасно, – ответила я. – Я люблю Родерика и хочу за него замуж.

– Похвально, – одобрил Моррен. – А ты, моя неприступная некроманточка, чувствуешь флюиды романтики и любви, словно бы разлитые в воздухе?

– Не чувствую, – сказала Миранда.

– Это пока, – заверил ее Изергаст и втянул запах кофе, донесшийся откуда-то из коридора, в котором исчезла Дебра.

 – Храм почти готов, Родерик занимается им лично. Кольца будут. Музыка есть, угощение заказано, так что остались лишь мелочи.

Он пошел вперед, а мы с Мирандой – следом, и вскоре оказались на светлой уютной кухне, где уже хозяйничала секретарша. Она поставила на столик чашки с кофе и присела на один из плетеных стульев.

– Так что, мне заняться конфетками с предсказаниями? – спросила Дебра.

– Займись, – благосклонно кивнул он.