\

* * *Рурк божился, что Вейра умерла не на территории академии — его поисковик, похожий на кривоногого щенка, водил носом и опускался на брюхо, отказываясь куда-то идти. Охранники свою очередь клялись, что девушка не выходила за ворота. Призраки тоже ее не видели. Студентка словно провалилась сквозь землю, и может, так оно и было.

Написав сообщение в полицию Фургарта, Родерик приоткрыл ящик стола, схватил вырвавшийся из него конверт и, написав адрес и запечатав письмо, выпустил его в окно. Дебра, вернув себе прежнюю сосредоточенность, подала ему список опрошенных студентов и их показания.

Соседка сказала, что Вейра собиралась в Фургарт к модистке. Спрашивается, зачем девушке новое платье, если в академии все ходят в форме? Состояла в отношениях с Джафри Хогером. В краткосрочных, как подчеркнула подруга. Что означало — переспала с ним несколько раз. Засос, видимо, оставил он же. Потом анимаг ожидаемо переметнулся к другой девушке, а Вейра решила, что сможет вернуть его расположение новым нарядом.

Джаф не сможет хранить верность Миранде. Родерик видел это десятки раз. Животная суть анимагов усиливает все инстинкты, а Джаф — мастер хаоса. Надо бы поговорить с Мирандой, но потом.

Родерик свернул к дому Изергаста не без внутренних колебаний. Тревожить друга не хотелось, но он все равно лучший, даже в таком состоянии. Открыв дверь без стука, Родерик заметил Мисси, кружащую под потолком.

— Любовь моя? — удивилась она, замедлив движение.

На фоне черных стен Мисси казалась почти осязаемой, и на ее личике явственно проступила сложная гамма чувств: растерянность, вина, злость.

— Ты не должен был сейчас приходить, — сердито выпалила она.

— О чем ты говоришь?

Нахмурившись, Родерик быстро прошел в спальню Моррена, отмахнувшись от Мисси, которая пыталась загородить ему дорогу.

Шелковое белье не смято, огонь в камине не горит.

— Где он? — Родерик обернулся к Мисси. — Отвечай.

— Ты должен уважать его решение, — поучительно произнесла Мисси. — Пусть оно и сомнительное, но кто как не некромант имеет на него право…

Пробежав сквозь нее, Родерик кинулся по лестнице вниз и толкнул дверь в подвал, который Изергаст использовал для ритуалов.

Сознание отказывалось принимать картину, открывшуюся перед ним, целиком, впитывая отдельные детали, словно широкие мазки на холсте: гексаграмма на каменном полу, сбоку корзинка с фруктами — такую же приносили дикари в подарок белому богу, надкушенное красное яблоко откатилось к лучу огня, на конце которого слабо горела единственная свеча.

Распростертое тело лежало в центре гексаграммы, белые волосы укрыли плечи и спину как снежный наст.