Так это ты был⁈
— Есть на белом свете вещи, которые касаются только близких людей, — произнес я с сугубым достоинством.
Тут Света чуть не лопнула от смеха:
— Ну точно ты! Молодец!..
— Почему молодец?
— Потому что нашел тропинку. Она-то Гелька, ведь такая фифа, к ней не подойди! Нос дерет выше неба. А ты смотри-ка: раз-раз — и на матрас!
Все это у нее летело с языка с деревенским простодушием.
Я как-то отшутился, а сам подумал, что и вправду, войсковая часть что деревня — никто и ничто не скроется… Как узнали⁈ Кто пошел трясти языком?.. Теперь уж, поди, и не доберешься до правды! Ну да ладно, посмеялись и будет, пора действовать.
И я облачился в белые куртку и шапочку — умеренно чистые. Снял сапоги, надел шлепанцы. И понеслось!
Зря я подумал, что буду в наряде дело делать, а сам рассуждать. Куда там! Какие рассуждения!.. Я носился как заведенный. Мыть гречку! Открывать тушенку консервным ножом! Считать тарелки! Считать кружки! Накрывать на столы!..
Едва мы с Унгуряну позавтракали, как понадобилось мыть посуду, готовиться к обеду… И все помчалось по новой.
Как ни странно, утих этот ритм тогда, когда понадобилось обрабатывать на ужин картошку.
— Ну, ребяты, вы даете! Как машины!.
— Премию нам за это выпишите, — сквозь зубы пошутил я.
Света расхохоталась:
— Это ты с полковником нашим решай!..
Она, видать, вообще была веселого нрава.
Ладно. Руки работают, нож работает, картофельная шелуха струится и летит в ведро. Включаем логику!
Наш бомонд. Первые лица части. Ну, полковника Романова исключаем. Дальше по чину замполит. Подполковник Синяков. Хм… Его-то я почти и не знаю. Ничего про него сказать не могу. Дальше! Начальник штаба майор Демин. Энергичный, подвижный, крикун и матершинник.









