\

В результате Дашке жилось весело и вольготно.

Но до поры-до времени. Пока не появился в части деревенский парень из Ставропольского края: рядовой Левченко, здоровенный детина, успевший уже поработать трактористом. Он вмиг кобылу подчинил. И захомутал, и заседлал… шут знает, как это правильно называется. Но с тех пор он и верхом на Дашке ездил, и в тележку ее впрягал — и ничего, почувствовав сильную хозяйскую руку, «цыганка» присмирела.

Ну да ладно, это к слову. Я к тому, что дикие звери если и суются к людям, то либо подростки по молодой дурости — и таких частенько валят; либо под конец зимы, когда от лютой голодухи побежишь куда угодно…

Да и не в этом даже дело! Дело в самом движении.

— Ты чего? — изумленным шепотом переспросил Богомилов.

Уж он-то, очкарик, ни хрена не разглядел, конечно.

— Показалось?.. — тоже негромко ответил я. И сам себе ответил: — Нет! Не почудилось.

— Да что такое⁈ — в голосе лейтенанта прорвалось нетерпение.

Я кратко, сухо объяснил. Он застыл с огорошенным видом. Наконец, пробормотал:

— Час от часу не легче… И что это значит? Что проблемы наши не собираются кончаться?

— Видимо, настоящие проблемы даже и не начинались еще, — молвил я.

Он покивал, хотел что-то сказать, но за нашими спинами, со стороны штаба внезапно послышался шум автомобильного мотора.

— Кто бы это мог быть?.. — удивился вслух лейтенант.

Мы поспешили повернуть за угол здания и увидели: по ярко освещенной центральной дороге части, сияя включенными фарами, в нашу сторону мчится командирский «уазик».

— Шеф, что ли⁈ — так и ахнул Богомилов.

— Похоже на то… — пробормотал я.

— Ну, — заторопился лейтенант, — версия для начальства: я с проверкой зашел к вам, в вашу службу кинологическую…

— Да ведь так оно и есть, — подхватил я, — чем это не проверка?

— Да, да, да!.. Ну, встречаем по всем правилам!

В сторону КЖ от главной дороги сворасивала вправо уже грунтовка со щебенкой. Командирское авто свернуло, запрыгало по ухабам, со скрипом затормозило.

"По сентябрьскому холодку он утеплился форменным офицерским плащом, на рукав которого и нацепил повязку дежурного по части. Портупея, пояс, кобура с пистолетом — все осталось под длиннополой одеждой.

Фары «уазика» погасли. И-за руля действительно вышел Романов. Почему-то он был в полевой форме: наглухо застегивающийся китель, портупея, галифе, сапоги. Зеленая фурнитура: кокарда, звезды на погонах, эмблемы на петлицах, пуговицы. Все «защитного» цвета.