\

Не успела выведать, как именно он хочет развить мою задумку, поскольку дверь в палату все же открылась, и на пороге показался отнюдь не целитель. Но, к счастью, и не Кристина. Нас в этой странной позе застал слуга Арикс, который вскинул седые брови и посмотрел на меня, не скрывая отвращения. Я смущенно вскочила и села на стул, будто бы вовсе не лежала секунду назад нос к носу с его господином. Старик поморщился и обратился только к Диминику:

– Милорд, я принес бутылку вашего любимого вина. Как вы чувствуете себя сегодня? Неудивительно, что ваши внутренние повреждения так долго заживают, если каждая распутная девка задирает юбку, бежит сюда и не дает вам отдыхать!

Инкуб уже снова перевернулся на спину, драматично округлил глаза и выдохнул:

– Арикс, кто же всем девкам запретит задирать юбки от моего вида?

Я бы ему оплеуху выписала, если бы не опасалась усугубить его состояние.

– А может, она просто вас заново приворожила?!

Диминик с ехидной улыбкой продолжил театральничать:

– Точно! Наташ, ну-ка признавайся – ты меня приворожила?

Я сложила руки на груди и не смогла сдержать злости.

– Это ты нам скажи, милорд! – выпалила я. – Разве ты приворожен?

Он изобразил, что прислушался к своим ощущениям, и помотал головой:

– Нет, мне на тебя по-прежнему насрать. Захотел бы влюбиться – выбрал бы кого покрасивее и помогущественнее, чтобы меня на рейдах лучше защищала. – Он перевел взгляд на старика и уже спокойнее добавил: – Арикс, да прекрати ты уже к ней цепляться.

– Да как прикажете, – нехотя отозвался слуга, посмотрел на меня и выдал: – А, Талья, это ты? Прости, не признал.

Я хмыкнула, отмахнулась от обоих и пошла на выход из палаты. Арикс будет вечно на меня ворчать из-за старого приворота, но ничего плохого мне не сделает, пока его господин мне благоволит. Ну а сам Диминик остается в своем репертуаре: он никогда не оправдывает ожиданий, стоит только уловить от него каплю нежности, как он тотчас ее перечеркнет какой-нибудь гадостью.

Больше я навещать больного не приходила, хотя очень хотелось.

К счастью, уже через неделю лекари отпустили его. Инкуб выглядел прекрасно и лишь немного прихрамывал, то есть подлатали его профессионально. И в первый же день после его выздоровления управление сверхполиции объявило срочное совещание.

Оказалось, что на повестке дня наши рейды.