Шум крыльев привлек внимание мужчины – Михаил подскочил на ноги и замахал руками:
– А ты как сюда влетел? Ну-ка!
Пока воробья не покалечили, я направила его в окно – мы выскочили наружу за секунду до того, как форточка захлопнулась. А меня накрыло осознанием вместе с растущей паникой, потому я случайно полностью разорвала связь и отпустила перепуганного питомца на полную свободу. Резко села на диване, скинув плед, схватилась за голову. У меня не возникло сомнения, что конкретно произошло: мухи в марте – не такое уж частое явление, других я там не заметила, а Риссая как раз предпочитает их в качестве альтеров.
Судорожно начала набирать по порядку номера, но никто из девятого отряда не отвечал – они наверняка отсыпаются в Вахарне, а прямой связи с управлением полиции из человеческого мира нет. Сразу начали всплывать и дополнительные обстоятельства: еще первый разговор Михаила с женой подсказал, что она остановила последний денежный перевод, а это значит, что он все еще может быть интересен преступнику! И я оставила именно его без присмотра!
Арканить новую птичку не было никакого смысла – окна теперь закрыты, а с другими животными у меня все еще ничего не получалось.
Я открыла клетку, но крыска уставилась на меня в полном недоумении, не предпринимая никаких попыток сбежать. А я излагала свои мысли сухо и спокойно, как будто мой последний монолог перед ней проходил не истерическим криком:
– Так, Крыся, мне нужна твоя помощь. Не твоя, конечно, а твоего хозяина. Подмигни хоть, если он нас слышит! – Зверек смотрел на меня черными насмешливыми глазками и явно не собирался подыгрывать, потому я просто продолжила: – Новая сделка, понял? Я доставлю твою коробку из Вахарны, но взамен ты обязан мне помочь.
Никакой реакции не последовало. Я даже не представляла, слышит ли меня Эйм в данный момент, ведь днем он запросто может бегать по собственным делам и не нырять в сознание альтера.









