\

— Эй, ты кто? — заорала она, мельком взглянула на тинаролла, но тут же вернулась к своему занятию. Не переставая метать «снаряды», тетка через плечо крикнула: — Спасибо! Мощно ты приложил этого оглоеда!"

"Ответить я не успел — на улице появились еще два Красноглазых. Они неслись к нам во всю прыть, и мне слегка поплохело: в отличие от тех, с которыми дралась лихая дамочка, у них были томагавки. Против них ей точно не выстоять.

Я подскочил к Аглае и сгреб ее в охапку. Она заорала, попыталась огреть меня кулаком, но я втащил ее в дом и поспешно захлопнул дверь. Вовремя: не прошло и секунды, как снаружи послышался удар вонзившегося в дубовые доски томагавка.

— Сдурел⁈ — закричала тетка. — Что творишь⁈

— Не ори. Не видела, что они в тебя топор метнули?

— Ух е-мое, — она подскочила к двери, задвинула засов и бросилась к окнам. — Счас, погоди, все закрою, и поговорим.

Она быстро захлопала ставнями. Через полминуты стало темно, под потолком лениво разгоралась лампа с десятками светлячков. Тетка, сверкая глазами, огляделась.

— Да, тут и будем держать оборону! Дом у меня крепкий, они замучаются его штурмовать, а там, глядишь, и помощь из города подоспеет.

— Я к тебе вообще-то по делу.

— Нашел время! — она кинулась к корзинам, стоящим вдоль стен и доверху набитых фиалами.

— Другого может не быть. Сколько хочешь за Росу сегниса?

Тетка набрала в подол эликсиров и бросила на меня удивленный взгляд.

— Ошалел? Ты мне два раза жизнь спас. Забирай, вон на полке стоит, пузатая такая.

Она лихо скинула пузырьки с разноцветными жидкостями в ведро, привязала к нему веревку и полезла по лестнице, приставленной к стене. Глядя, как она вешает его над дверью, я понял, что вошедшим не поздоровится.

Я забрал с полки пузатый флакон с белым содержимым и на всякий случай показал Аглае.

— Этот?

— Угу. Да что ты один-то взял?

Кубарем скатившись с лестницы, она подскочила к корзинам и стала совать мне в руки бутылочки с разноцветными зельями.

— Бери, бери, не стесняйся. Пригодятся.

Раздался тяжелый удар в дверь, и стены снова задрожали.

— Вот ведь поганцы, а? — азартно вскрикнула тетка, щеки ее раскраснелись. — Ну, я им счас задам!

— Улетай! — я схватил ее за руку.

— Не. Не хочу им свой дом отдавать. Не боись, парень, вот этим эликсиром я их заморожу, этим отравлю, этим сожгу. Да мало ли. А ты уходи, нечего тебе тут, только мешаешься.

Немного растерявшись от такой наглости, я буркнул:

— Как уходить? Ты окна-двери заперла.

Аглая ткнула пальцем в угол.

— Вон там подпол. Через него выход за околицу. Спасибо за помощь, а теперь выметайся, некогда мне с тобой.

Покинул я ее с горечью. Боевитость тетки произвела впечатление.